Парни не плачут.

– Вон его рюкзак! Теперь понятно, за чем Лана заезжала…

– А ты что думала, чайку попить? – в глазах всегдашнего молчуна Тома загорелся ехидный огонёк. Кэндис устало прислонилась к стене. Даже её запасы любопытства могли истощиться. Джон развернулся.

– Где?

Парень с лёгкостью приподнял объёмный мешок.

– Подумать только, он ей дарил духи, цветы… и Лана такой счастливой казалась! Я…

– Господи, заткнёшься ты или нет? Лин, пойми, что эта дешёвка промыла ей мозги!

– Ты как со мной разговариваешь?! Он был совершенно ажурным мальчиком, даже во времена моей молодости парни так не ухаживали!

– Видимо, разучились…

Том методически выворачивал ящики комода. Джон одним движением руки смёл с тумбочки коровье плюшевое стадо. Зазвенело разбитое стекло часов. Линда воспротивилась.

– Эй, что вы делаете? Я запрещаю вам копаться в их вещах…

– Их? Ты их уже за влюблённую парочку держишь? Если бы ты была внимательней… ты же мать! – отмахнулся от неё вожак. Его лицо блестело от пота. Не мудрено – обстановка накалялась. – Я говорил, что нельзя верить этому смазливому пройдохе!

– Ты мне ничего не говорил!

– Пусти! – он наконец справился с тесёмками на мешке и перевернул его вверх дном. Аккуратно сложенные рубашки стопкой оказались на кровати. Брюки, пачка бумаг и фотографий, часы, майки, коричневый саквояж… Джон начал рыться в вещах, не переставая наблюдать за реакцией окружающих. Что он искал – с трудом представлялось ему самому, но долго ждать не пришлось. Резиновый член и презервативы он отшвырнул от себя так, будто держал в руках гремучую змею. Парень выругался, заглаживая длинные чёрные волосы назад. На груди у него проступило пятно пота. – Нет, ну вы посмотрите на эту дрянь! Что, и теперь скажешь, что всё неправда? Что он, импотент, чтобы искусственным хреном пользоваться? – рекламный буклет привлёк его внимание, и Джон прочёл заголовок, наклоняясь к груде расшвырянных им предметов. – Перемена пола… Сексуальное раздвоение, непрошенная дилемма. Транссексуалы – такие же люди, как мы… реконструкция фаллоса осуществляется из мягких тканей! – при виде картинок его лицо перекосило. – Вот уродство! Меня тошнит… На какого гадёныша мы напоролись, он же всё выдумал…

– Не он, брат… – ненавязчиво поправил его Том. – Она.

– Святое дерьмо! – он оглядел застывших в шоке друзей. Его губы скривились, лицо стало неописуемо уродливым. – Я заставлю её вернуться…

Он мне солгал! Какой, к чёрту, он человек?! Какой приятель? Да его раздавить мало, как лягушку… чтобы он сдох. Зачем пересеклись наши тропинки, что ему здесь было нужно?! Хорошо мы жили до его появления, Лана была в порядке, а теперь всё перевернулось с ног на голову… Не он, не она – а «оно»! Вот что это, и руки пачкать бы не стоило, но я должен всё вернуть… Я по субботам стёкла у городских отщепенцев выбивал, и ничего мне не было, а кто меня накажет за то, что я вскрою это… как банку сардин, что я выясню всю правду, и никто от меня не спрячется! Брэндон… тварь, ну пусть только появится!

– Что, надерём задницу маленькому бродяге? – едва слышно спросил Том. – Выпей пивка, полегчает.

… Дорожка, ведущая к дому, почти обледенела. Брэндон посмотрел на хвойные веточки, стыдливо прикрывающие облупившуюся краску на двери резиденции Тисдейлов, и улыбнулся.

– У нас всё получится, ведь так? – спросила Лана, прильнув к нему. Они были почти одного роста, но девушка умудрялась с комфортом повиснуть у него на шее.

– Конечно, малышка.

– Я зайду на одну секунду… а потом мы уедем, да?

– Да… – он кашлянул в сторону. Только бы не простудиться в самый ответственный момент! – Будем есть жареный поп-корн, пить «колу» и смотреть кино в машине… тебе не надоела ещё такая жизнь на колёсах?

– Ну что ты, лишь бы быть с тобой, – оказывается, она умела быть застенчивой, что было новшеством для самой Ланы. У него защемило сердце в непонятном предчувствии. Он прижался лицом к её плечу и несколько секунд просто молчал, запоминая – её внешность, её запах, её длинные золотистые волосы и голубые глаза… – Я ненадолго, ладно? Возьму вещи…

– Я подожду тебя. Решено.

Она выпустила его руку и зашагала к дому, принимая тот независимый и гордый вид, которым он не раз обманывался. Неприступная и очень доверчивая, она принадлежала ему…
Лана хотела открыть дверь ключом, и задумчиво вертела его в воздухе на брелке – прежде, чем решилась заняться замком. Её мучила нерешительность, ведь она перешагнула все грани «приличного поведения», как говорила самая отпетая алкоголичка их города, и теперь наверняка её ждала выволочка. Звонить или стучать не понадобилось – дверь была открыта. Первое, что увидела девушка за порогом родного дома, было феноменальное скопление народа. А точнее, все те, с кем она близко контактировала две недели – её мать, Кэндис, Кейт, Том и Джон. Никто не смотрел телевизор, не играл в карты, не выпивал и не захлёбывался дурацким визжащим смехом. Лана выдавила из себя улыбку.

– Привет всем… это что, вечеринка? И по какому поводу веселимся?

– Слава Богу, ты дома… – произнесла мать как-то слишком серьёзно. Она пожала плечами, притворяясь легкомысленной дурочкой.

– А что со мной могло случиться?

Всё было не так.

– Где ты была? – глухо спросил Джон, уставившись прямо на неё. Под их взглядами она чувствовала себя, как солдат при перекрёстном огне.

– Знаете, я хочу принять душ, и потом… я слишком устала и ни о чём не хочу разговаривать… – попробовала отвязаться от него девушка, удаляясь по направлению к своей комнате. Едва она исчезла в коридоре, все повскакивали с мест.

– Как дела на работе?

До них долетело едва слышное.

– Как всегда, мама… ты же знаешь! – а потом, через несколько секунд, которые понадобились Лане, чтобы увидеть фантастический разгром в её комнате – громкое и требовательное. – Это что ещё за чертовщина?! Мама, Джон???

Ей пришлось перейти в наступление. Ну, в самом деле, на что это похоже – как будто поигралась банда малолетних преступников… дрянь какая, они чуть подушки на куски не разорвали, что они о себе думают?! Мама?!?!
Первым лицом с непереходящей печатью вины, которое она увидела, было лицо Кэндис. Белокурая милашка ошивалась возле задней стены, слишком усиленно разглядывая картинки.

– Да кто вам позволил?! – она захлебнулась словами. – Так… стоп, это ты? Это ты им всё рассказала?

– Мы же всё равно знаем, – Том надул и лопнул пузырь жвачки. Лана была готова расцарапать его самодовольную рожу. Надо было прибегнуть к помощи местного дурачка, а не этого тупого… – Мы знаем, что на работе тебя не видят уже второй день.

– Ты мне кто, отец? Какого чёрта ты тут языком молотишь? – рассержено закричала она. – Ну ладно… что вы уставились?

При ней так смотрели только на калек и обиженных умом. Она услышала, как Кейт шепчет её матери.

– Хорошо же она промыла ей мозги…

– Блин, о чём вы говорите? – ей было страшно, но негодование брало верх. Она привыкла управляться с этими нечёсаными ребятами одним щелчком, сейчас же они были сильнее. Потому что считали себя правыми. – Убирайтесь… убирайтесь, вы, жуткие люди! Как вы могли всё тут разворошить?! Это же идиотизм, это же фигня полная! Я вас видеть не хочу!