Ана даже не сразу поняла, что это предназначалось ей!
- Подойдите сюда! – командовал Илья.
И Ана поспешила отойти в сторону от этой страшной картины. Приблизилась к бывшему шефу, опять-таки, стараясь не смотреть ни на Илью, ни на Вадима.
- Достаньте из внутреннего верхнего кармана куртки телефон… - Она нерешительно приблизилась почти вплотную, опустила молнию и полезла в тёплое нутро, нащупывая гаджет. – Теперь снимите с блокировки – это три точки по порядку синяя, красная и зелёная. Всё? Так. Теперь откройте телефонную книгу. Найдите Док Фил. Нашли? Вызывайте. И ко мне прислоните… так и держите теперь…
Прошло всего три звонка, и мужской голос ответил.
- Доброе утро, Филя! Не спишь?... Ах, у тебя дежурство. Это вообще, славно. Много буйных? Нет? А я тебе сейчас одного нашего общего знакомого подкинуть хочу… да, да, да! Вадик… я помню, что ты говорил прошлый раз о его психике. Даже слишком хорошо помню. Сорвался, да… и ещё как! Присылай машинку с ребятками…
Илья назвал адрес, и продолжил разговор.
- Мне мой начальник по особой безопасности нужен в здравом уме и рассудке. Этот гений, мать его… - он резко выдохнул, - слишком ценный сотрудник. Да и друг, как-никак! Ты уж постарайся там…
С момента звонка прошло всего минут десять, когда напротив них затормозила скорая помощь, из которой выскочили двое внушительных медбратьев, больше похожих на вышибал качков какого-то элитного клуба, чем на санитаров. Они подхватили Вадима, тут же попытавшегося рвануть, как только отпустили, под белы рученьки и увели в «карету».
- Спасибо, Илья Викторович… - решила его поблагодарить Ана, неожиданно смущаясь. – Может быть, кофе?
- Не за что, - фыркнул спаситель. – И от кофе, пожалуй, не откажусь. Очень полезный напиток в пять утра…
24. 1
Илья
Внутренний профессионал выплыл из раздумий и принялся дотошно оценивать ситуацию и всё обстановку вокруг. И пока они шли к подъезду, и поднимались на этаж, чувства были рассеяны и не мешали, действовала привычка абстрагироваться от эмоций – трезвый расчёт, анализ и контроль.
Он отметил, что подъезд с кодовым замком, удивился сухощавому консьержу предпенсионного возраста с внимательным взглядом. Зафиксировал камеры видеонаблюдения те, что напоказ и примерные места скрытых. Вспомнил, как когда-то давно сам их устанавливал с ребятами по просьбе дяди, ещё в то время, когда профессор Белов активно работал на Владислава Павловича Коршуна.
Странно, что всё это оборудование до сих пор работало, и информация куда-то уходила. Сделал себе пометку уточнить: зачем и кому это нужно теперь, когда самого Сергея Павловича уже нет в живых.
А заодно, неплохо было бы разобраться с тем, как так вышло, что у Вадима случился этот срыв психики. Слишком давно не было рецидивов, и как-то рассеялся контроль, решил что всё - последствия нескольких дней в лапах «зачистки» больше не дадут о себе знать.
«Ничего, ничего, - уверил себя Илья, - наш славный доктор мозгоправ Филипп Андреевич, - быстро поставит «калечного» на ноги. И будет он снова гулякой-бабником без особой привязки… Влюблённость, явно, не пошла ему на пользу, расшевелила психику. Или лучше подогнать ему надёжный объект? Но об этом потом…»
Мысли, мысли, мысли… они внезапно стали отделяться от всплывающих из глубин чувств, которые Илья всегда старался заткнуть куда подальше. Они не должны были мешать делу. Как там говорил Ромка? Он верный пёс дяди? Да это так.
Именно поэтому постарался превратить себя в бесчувственного работягу киборга или робота, только не безмозглого, но целенаправленного, если бы Владислав Павлович пожелал, то имплантанты бы вживил в мозг для лучшей работы, тем более что средства и качество процессоров уже позволяют это.
Возможно, что так было бы лучше. И в большей степени от того, что рядом с Анжелиной всякая рассудительность теряла смысл, чувства противно и назойливо лезли, сбивая настройки трезвых рассуждений.
Поймал себя на жгучем желании прижать к себе девушку и никогда больше не отпускать. Нельзя! И он знает почему. Максимум собранности. Ошибкой было уже одно то, что согласился на кофе, поддался внезапному желанию проводить до двери и убедиться, что теперь-то ей уже больше ничего не грозит.
Пока хозяйка переодевалась и варила кофе и, надо полагать, что к кофе собиралась подать ещё что-то, он рассматривал зал. В первую очередь его привлекла стена с фотографиями. Это был своего рода стенд достижений Анжелины, начиная ещё с чёрно-белых снимков из раннего детства.