- Вы, где, ваше величество? – хохотнул он.
С его подачи уже плотно закрепилось за ней звание Королевы танцпола. Вначале это её коробило, но потом привыкла, тем более, что изменить ничего было нельзя.
- На выезде, во-от, – и включила камеру, показывая окрестности.
- Эх, далеко, - вздохнул артист. – А что, вдруг там?
- Хозяйка вызвала, - отвлечённо ответила и посетовала, - по навигатору еду в загородный дом. Вот, доеду ли в срок?
- Доедешь, - уверил её собеседник. – Я тебе сегодня таких гостей решил подогнать, у-ух!
- Каких?
- В клубе увидишь, - не признался Никольский и, судя по довольному смеху, её и вправду ждёт сюрприз. – До встречи в «Ангельских танцах»!
И отключился.
- Вот, ведь, гад… - по-доброму фыркнула девушка и, бросив телефон на приборную доску, выехала на дорогу, вливаясь в поток авто.
С Родионом было удивительно легко общаться. Создавалось впечатление, что это братик, знакомый с детства. На него не возможно обижаться, как и сердиться на «шалости» просто не получается долго. Знает, как подлизаться, как подойти, чтобы снискать снисхождение за «грехи».
И если уж говорить честно, то на старшего, Родик уж никак не тянул. Самое крайнее - на ровесника, хотя, и был на три года старше. Дурашка наивный. Эту роль он разыгрывал перед ней старательно, уходя в статус «звезды» только при приближении посторонних.
Только Ана не спешила слишком уж приближать Факира к себе. Что-то подсказывало, что тот не так оценит доверие и появятся проблемы не меньше, чем с Вадимом. Рубаха-парень немедленно захочет ещё больше, выйдет из своей роли и придётся с ним рвать резко и болезненно для обоих.
С такими мыслями Анжелина подъезжала к воротам тщательно охраняемого элитного посёлка, больше похожего на зону из-за высокого забора, обилия камер видеонаблюдения и колючей проволоки по верху.
Даже что-то ёкнуло внутри. Но её машину пропустили без задержки. Видимо Анжелика подсуетилась.
Внутри оказался искусно ухоженный парк, широко расставленные дома за живыми изгородями, чистый и душистый воздух от благоухающей сладости черёмухи и ещё чего-то неопределимого, насыщенного сосновым ароматом. Тишина полуденного времени прерывалась только весёлым детским визгом и смехом, доносившимися с невидимой площадки.
Дворец его величества Коршуна, а иное звание этот особняк – восторг конструктивизма из стекла, камня и дерева – не заслуживал, находился в самом центре посёлка. И, наверное, к нему, как к Риму вели все дороги. Ошибиться было не возможно.
Анжелина ожидала, поднимаясь по широким ступеням, что её сейчас встретит чопорный дворецкий и придётся ждать аудиенции. Но это, конечно, всё дурное воображение. На самом деле её встретила сама Анжелика в лёгком брючном костюме. Она казалась такой мягкой и домашней, что вызывала удивление.
- Привет! – обняла Ану и чмокнула в щёку. Но не удержалась и спросила. – И как тебе мой дом?
- Шикарно, - что тут скажешь? Вот и гостья не нашла ничего иного для выражения своего мнения.
- Знаешь, муж хотел нечто в старинном стиле с колоннами и портиками, - хозяйка повела подругу вглубь светлого холла и далее через залы, гостиные – целую анфиладу комнат с непривычно высокими потолками. – Но я настояла на ультрасовременном стиле. Люблю, чтобы было много света, натуральных поверхностей…
Анжелика всё рассказывала и рассказывала о своём любимом детище – доме, где отчего-то намеревалась жить, и намёками выходило, что она сама. Странно… Но задуматься на эту тему Ана не захотела. К тому же, разговор как-то сам собой перешёл на клубные мероприятия.
Они сидели на длинном диване, лицом к стене из стекла, созерцая внутренний дворик, выстроенный в стиле дальневосточных соседей. Традиции Японии, Китая и иных стран тонко переплетённые умелым дизайнером дали поразительный результат. На него хотелось смотреть и смотреть, познавая настоящий «дзен».
- Ты, Лина, так быстро освоилась в качестве моей помощницы в клубе, - говорила Лика, - превзошла все мои ожидания.
Ана насторожилась.
- Я хочу отдать своё детище в твои руки полностью. Распоряжайся там на своё усмотрение… - она помолчала, словно собираясь сказать нечто особенное и основное, то, ради чего и начинался этот разговор и то, ради чего её и пригласили сюда. – Возраст у нас с тобой уже приближается к неприятному. Молодость перетекает в зрелость. Никуда от этого не денешься…