В гримёрке снова исходил слюной от своей незаменимости Саид, правда с ним уже было проще – пригрозила штрафом, подсластила пилюлю возможной премией, и тот притих. Потом, как всегда, внезапно возникли проблемы на кухне, потом охрана не так чётко сработала, как могла, утихомиривая пьяного господина… И пошло и поехало. Они с Диной буквально сбились с ног.
Хорошо, что у Факира сорвался его обещанный сюрприз, по-прежнему неизвестно какой, от которого она сама ничего хорошего уже не ждала. Илью она видела мельком: то у барной стойки, то танцующим в зале, то ещё где-то. И каждый раз испытывала противоречивые чувства от острого приступа досады и ревности, жаждавшей крови, до жгучего желания оказаться рядом и поговорить, потанцевать, дотронуться. Мучительные качели из огня и мороза.
Уже под утро не найдя мужчину в зале, сперва испугалась, что он уехал, потом отследив по монитору, что Илья просто спит, причём в одиночестве в своём номере, выдохнула облегчённо и, предупредив распорядителя, сама отправилась отдыхать в свой кабинет.
Выплывая из забытья под зуммер вызова мобильника, она помнила только обрывок сна и слова отца: «… с ревностью и обидой надо кончать. Они не продуктивны и лишь отнимают драгоценное время. В жизни ты либо доверяешь человеку, либо нет. Открытый разговор решит все проблемы».
Похоже, что ей приснился, а возможно, просто вспомнился давний разговор. Прежде они часто беседовали с родителем на разные темы, а теперь вот как-то в тему пришёлся.
Суббота вся прошла на удивление спокойно. Привели с Диной всё клубное хозяйство в порядок, пока гости нежились в постели, решили все проблемы. Анжелика так и не показалась, как и Роман Викторович. Отчего-то не хотелось даже представлять, чем они занимаются в его огромном номере, больше всего похожем на дорогую квартиру. Изредка оттуда поступали заказы на кухню и на этом – всё.
И, да, Ана подсматривала изредка за Ильёй, так ненароком, хотя, наверное, не имела никакого на это права. Но тем и хороша её должность – ни перед кем не надо отчитываться. Целый день до самого вечера мужчина проработал за ноутом, куда-то звонил, что-то с кем-то решал в режиме конференции, будто и не выходной день. Только ближе к вечеру номер опустел. И отчего-то подумалось, что он мог и уехать… стало жаль себя.
Увидев в зале его мощную фигуру в чёрном, Ана едва сдержалась, чтобы не ринуться навстречу. Сдержалась, едва. Улыбаясь и приветствуя гостей, направилась к «трону».
Вечер начинался, представлением темы и выступлением артистов. Опять голосование выбрало тему «Казино». Люди любят игры и неожиданные повороты фортуны. По залу были расставлены разнообразные игральные столы так, чтобы не мешать танцам. Крупье в строгих костюмах занимали свои места. На сцене радужными всполохами пульсировал огромный экран, готовый взорваться мельтешением номеров, желавших принять участие в розыгрыше танцевальной лотереи.
- О, моя королева! – тут, как тут в костюме Джокера нарисовался Родион, склоняясь в шутовском поклоне и предлагая руку.
Она и не стала отказываться от возможности безопасного подъёма по лестнице, тем более что публике всё это мини представление чрезвычайно нравилось. Только отчего-то кольнул в сердце, неожиданно пойманный взгляд, подходящего к ней Ильи. И ещё не понравилась насмешливо ироничная складка губ, обесценивающая такая, неприятная.
27.1
Илья
Всё же, как непостоянны женщины в своих увлечениях! Уже не единожды убеждался на собственном опыте, но привыкнуть к такому просто не в силах. Вообще такое впечатление, что они не умеют любить от слова совсем. Их привлекают, прежде всего, деньги, слава и красивый фейс. Разница только в том, что одной больше нравится одно, другой другое, а уж если все три критерия сходятся в одном человеке, то крючок заглатывают на раз.
Очень неприятно было узнать, что и его первая, а возможно и единственная любовь в этой жизни такая же, как и все. Наверное именно от того, что так тщательно сохранялась где-то в глубине и не нашла своего реального воплощения надежда, что уж его-то та самая девушка - особенная, ставилась им на пьедестал и виделась идеальной.
За прошедшие годы он стал настоящим циником и прагматиком, сохраняя в глубине души ясный чистый огонёк, не позволявший опуститься ещё глубже. Иногда накатывала глупая сентиментальность, но это лишь на краткий миг. Привычка использовать женщин в своих интересах давно укоренилась. Дядя с его деловым подходом ко всему в жизни, стал неожиданно близок по духу.