Я наполнил ванную, погрузился в воду, и мне очень захотелось слез. Меня захлестнул приступ тоски, и я сомкнул зубы, как это бывает, когда больно не в душе, а в теле. Пришла мысль, что я завел с тобой страстный роман вопреки здравому смыслу и убийственному, опасному предначертанию жизни со мной. Ты была такой чистой, в противоположность моей семье, что я боялся очернить тебя этой мерзостью. Деньги, политика, власть. над моей головой с рождения висит этот Дамоклов меч. Под утро, сидя в уже остывшей воде, я решил, что должен порвать с тобой, чтобы оградить тебя от опасности. Эта мысль повергла меня в отчаяние, я ощутит ком в горле, резь в глазах, но понимал, что страшнее всего мне будет однажды увидеть тебя в руках похитителей. Тогда я сделал бы все. Я сделал бы все за тебя. Я отдал бы все и сразу. Даже свою жизнь. Именно тогда я понял, что люблю тебя больше себя, и это беспрецедентное событие перевернуло мое сознание с ног на голову, добавляя не просто сомнений в верности контактов с моей семьей, но и уверенности, что в другом мире ты будешь счастлива и радостна. Без меня.
Я собрался, встал и пошел разбирать дела.
Весь следующий день я также провел в думствовании и переживаниях. Вечером вышел в магазин и встретил Виталия, нашего общего друга по клубу. Он долго расспрашивал меня, почему я так внезапно уехал и сообщил мне, что в назначенное время приходил каждый день для учебы. Сообщил, что в первые три дня приходили все, а в последующие и остальные только он и ты. Он сообщал, что при встречах ты выглядела встревоженной и уверяла его, что произошло нечто непредвиденное. Я попросил его сходить до тебя и сообщить, что я вернулся и со мною все хорошо. Попросил также сообщить, что, если ты пожелаешь объяснений, я буду готов ответить на вопросы. После этого достал старую пачку отцовских сигарет и закурил.
Ты пришла сегодня же, сразу после того как Витя все тебе передал. Был глубокий вечер, я думал, развалившись на диване. Ты позвонила в дверь. Я встал. На моей левой руке задрожал мизинец. Открыл дверь, увидел тебя. Почему-то молча отошел, впуская тебя внутрь. Ты, также молча, вошла.
– Где ты был? – Спросила ты сдавленно. – Что произошло? – Глаза твои были влажными, губы дрожали, во взгляде читалось отчаяние.
Я устало положил тебе руку на плечо, приобнял, поцеловал в щеку, прямо под ушком.
– О, Лия.
– Ты ужасно выглядишь. Что случилось? Где ты был? Работал? Что произошло? Ты был в тюрьме? – ты вдруг схватила меня за локоть, изо всех сил дернула вниз, и я словно очнулся.
– О боги! Прости меня, прости, прошу! – Зашептал я и обнял тебя.
– Отпусти уже, объясни! – Ты попыталась вырваться. – Что произошло??? Твоя мать сказала мне, что ты бросил меня, что ты уехал в Польшу, что ты использовал меня!
Эти слова пронзили меня, как нож подлеца ранит беззащитную жертву.
– Как?… – я с трудом говорил… – Ты ходила к ней?
Ты посмотрела на меня, и что-то в моем лице заставило тебя взять себя в руки. Ты успокоилась, взяла меня за руку и сказала:
– Пойдем, поговорим, ты мне расскажешь все. Хорошо?
Жестом я позвал тебя на кухню. Налил виски. Выпил. Затем выпил еще и еще. Ты не останавливала. Обычно ты осуждала мои пьянки и безмерное распитие алкоголя, но ты молча ждала.
– Я не бросал тебя. Не уходил. Я должен признаться, что правда кажется мне ужасной, а необходимость раскрыть ее тебе – постыдным слушанием для тебя.
– Глупости. – Сказала ты. – Я приму все. Ты знаешь это. Даже если вдруг ты скажешь мне, что мать твоя права и что ты женат, у тебя пятеро детей, ты лгал мне, я приму и это. Я ведь знаю, что все это между нами недолговечно. Все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я лишь хочу слышать это от тебя. – Ты смотрела мне прямо в глаза.
– Недолговечно? – Я улыбнулся. Ты все же склонялась к версии того, что я оказался гуляющим подонком, вернувшимся с двухнедельной пьянки. Я подумал вдруг, что я небрит и угрюм, а на шее синяки. Все как ты не любишь.
– Ли, нет. Я попал в беду. Я… – я замялся. Я был уверен, что смогу объяснить тебе, но моя воля подводила меня.
– Послушай, – вновь начал я, – ты знакома с термином «коррупция»?
– Да.
– Тогда ты можешь представить себе бесчестного, жадного и азартного человека на мировой политической арене, который готов убивать за власть и деньги?
– Могу.
– Такие враги у моей матери. Все, как один. И она – такая же. Ведет свою игру, продавая секреты, воруя информацию, предавая суверенные государства и играя лишь в свои ворота. Она – изощренный политик, в своем деле – беспощадный профессионал, не знающий сомнений на своем поприще – правая рука воров в законе и коррупционер мирового масштаба. А я – ее правая рука…