В ванной мы обсуждали, как теперь быть. Ты была полна сопереживания в адрес Саши. Событие казалось тебе катастрофой. Десять раз ты сказала, что тебе стыдно. Мы решили, что из гуманистических побуждений мне требуется навестить Сашу и поправить печальное положение дел. Я дал обещание, что постараюсь решить вопрос. Я не рассказывал тебе ранее, как я провел эту встречу. Расскажу сейчас.
Я отправился к Саше на следующий день сразу, как проводил тебя домой. Я несколько раз отрепетировал свои реплики, собрал примерную модель действия и приехал к нему.
Я позвонил в домофон, и он снял трубку. Я попросил впустить меня, но он отказался. Я вошел в подъезд, взял ключи у консьержа, поднялся до квартиры и открыл дверь. Саша стоял в прихожей.
– Уходи!
– Нет, мы поговорим. – Ответил я.
– Убирайся! Это мой дом! Прочь! – он с силой схватил меня и попытался вытолкнуть обратно, в подъезд, но я захлопнул дверь и сказал:
– Я плачу за эту квартиру, не забывай об этом. Я не уйду и не отпущу тебя, пока мы не поговорим. Объяснимся!
Он в бешенстве стал вырываться, но я скрутил его. Он тратил силы, кричал, вновь пытался освободиться, но не смог. Когда я почувствовал, что он прекратил борьбу, и лишь бесшумно плачет, я поднял его и прижал к себе. Он, как дитя, обхватил меня руками. Я долго успокаивал его, затем спросил:
– Зачем ты пришел, Саша, зачем?
– Я… не знаю.
– Прости меня.
– Ты… ты не виноват. Я сам…
– Я виноват не меньше. Более всего виноват именно я. – Продолжал я.
– Зачем тебе женщина? Почему она?
– Потому что она.
– За что? Что в ней хорошего? Кто она такая?
– Саша, она очень переживает из-за того, что произошло. Больше, чем я. Я прошу тебя осознать, что она дорога мне. Если у тебя рождается чувство злости, то всенепременно злись на меня. Она ещё дитя, которое очень зависит от меня. Ты сам знаешь, что в отношениях я доминирую. Ситуация, произошедшая вчера, никак не зависела от нее. Ты понимаешь это?
– Любимый, конечно это ее вина, – прошептал Саша. – она ведьма и приворожила тебя. Это она управляет тобой. Она всецело властвует. Она поработила твое сознание, и ты ушел от нас. От нас, к ним. Ты теперь такой как все. Я вчера пришел, чтобы выяснить. Я знал! Разве ты не слышал, как я стучал и звонить?
– Ты вторгся на мою территорию, не имея на это права, и заплатил за это.
– Ты жесток, а она коварна!
– Ты ошибаешься, Саша. Меня ничто не изменило, и уж точно не она. Я увлек эту девушку с самого начала нашего знакомства, неосознанно. Как неосознанно сам понял, насколько мы схожи и как нужны друг другу.
– Не говори этого! – крикнул Саша, – мне тяжело, Владик, ты же видишь, я не смог оставить мыслей о тебе. Я не смог…
Я вновь крепче прижал его к себе.
– Успокойся. Пойдем, я налью тебе виски.
– У меня кончился…
– Я догадался. Я принес его с собой.
Мы выпили. Затем еще долго говорили. Я сообщил ему, что очень хорошо понимаю ситуацию и ему не удастся переиграть ее:
– Саша, ты почувствовал, что у меня кто-то есть, пришел испортить мне жизнь, спустя полгода после нашего расставания только потому, что ты болезненный и нездоровый, не умеешь справляться с ревностью, не отпускаешь меня. Я не твоя собственность, и не обязан соответствовать твоим ожиданиям. Вот и все. – Подытожил я. – Это конец. Это был конец ещё полгода назад. Моя жизнь с тех пор – мое дело.
Он понял, что будет вынужден отпустить меня окончательно. Я пояснил, что мое к тебе чувство серьезно, а вопрос моей бисексуальности никогда не стоял на уровне психиатрических склонностей, имея за собой осознанный выбор либидо. Я обещал навещать его и позволить продолжить работу в клубе через некоторое время. С тех пор, и по сей день наши с ним отношения имеют дружеский характер.
Разговаривая с ним, я не учел мелочности его натуры, и что люди вроде него всегда желают найти виноватого. После такого теплого прощания и чистосердечного поступка виноватым я быть, конечно же, уже не мог. Это был мой промах, из-за которого он впоследствии за все винил тебя.
Глава 10. Противостояние
Текли месяцы жизни. Наши отношения – причудливые и яркие, полностью захватили меня. Мы бывали вместе, все более скрепляя наше чувство сумасшедшими ночами и радостными буднями.
Ты часто отвлекалась на спорт, зачем-то запрещала бывать на чемпионатах. Но я всё равно приезжал, тайно наблюдал за тобой и фотографировал тебя на свой Полароид. Я до сих пор храню эти фото. На одном из забегов я случайно познакомился с твоим отцом. Мужчина, в возрасте около 40-ка лет, попросил у меня прикурить. Зажигалка была, но он зачем-то передумал, посмотрев на скамью. Рядом с ним сидел маленький мальчик, по-видимому, один из твоих братьев. Было что-то горделивое и благородное в его профиле, и я сразу понял, что ты – его дочь. Он был слегка выпивший, и мы разговорились. Обсудили декабристов, войну, революцию, перестройку и отвлеклись только на твой сет.