– Это так тонко, – мастер Мишино тоже не отказала себе в удовольствии полюбоваться поединщиками. – Мне хочется отразить этот момент! – женщина сняла с пояса коробочку с письменными принадлежностями и принялась делать наброски тушью, придавая бойцам звериные черты, балансируя светом и тенью. Леди Яанн искренне залюбовалась талантом художницы. Она тоже могла бы сделать наброски, но придать им такую живость и резкость – точно нет.
Глава 14
Когда мужчины встали к разделительной полосе и принялись кружить, выбирая момент, чтобы нанести решительный удар, леди подалась вперед, беззвучно молясь, чтобы Корас уцелел, катер пришел вовремя, а информации поверили, несмотря на всю ее фантастичность и даже волшебность.
Преторианец атаковал первым. Красиво свистнул рассекаемый воздух – от металла полетели искры.
– Как красиво! – зашептала мастер Мишино, – этот удар называется «крыло ворона» – он должен был просто разрубить противника наискосок! А это «клюв журавля». Видите, кинжал колет резко и коротко, как птица, выхватывающая добычу из воды! «Хвост ласточки»! Поворот и скрещивание клинков, чтобы отделить голову от шеи!
Восторженно шепча, преторианка продолжала делать наброски со скоростью печатной машинки, правда, на листах отражались уже не полноценные изображения, а как бы кусочки: полоса меча, отлетевшие в сторону волосы, бугрящиеся от напряжения мышцы… Это было красиво и страшно, а еще страшнее было смотреть на инопланетянку, жадно тянущуюся к кровавому зрелищу! Так же пристально за боем наблюдали мастер дуэлей, и мастер душ, а вот второй секундант куда-то исчез из поля зрения леди, но старушка не обращала на это внимания, стараясь не пропустить ни одного движения мужчин. Слишком многое было поставлено на карту!
Через три минуты прозвучал окрик мастера дуэлей:
– Стоп! Перерыв!
– Три подхода по три минуты, – пояснила мастер Мишино, растирая тушь кусочком бумаги, чтобы передать матовый блеск черненой стали, – пауза тоже три минуты, можно успеть собрать волосы или стянуть шнурком рану.
Леди Яанн только вздохнула в ответ: противники уже «украсили» друг друга легкими ранами, но, к счастью, можно было обойтись без перевязки.
Когда мечи снова загудели, а на каменные плиты веером упали капли пота, леди на миг прикрыла глаза. Всего на миг. И тут же повалилась в темноту…
Очнулась, словно вынырнула из глубокого колодца, жадно вдохнула воздух и уставилась в зеленые глаза секунданта:
– У вас есть три минуты, леди, чтобы отозвать своего умрона и изъявить согласие остаться на нашей планете!
Женщина недоуменно покрутила головой, проверяя, цела ли шея, а потом хрипло спросила:
– Иначе что?
– Ваш умрон умрет, а Вы останетесь здесь навсегда! – патетически воскликнул секундант.
Леди Яанн пожала плечами:
– Вы предлагаете мне ровно то же самое. Если я отзову Кораса, согласно вашему дуэльному кодексу, любой мастер меча может убить его, дабы он не позорил звание телохранителя. И Вы, в любом случае, не собираетесь меня отпускать. Так что нет, я не буду отзывать сержанта.
Тогда из темноты раздался другой голос, более спокойный и усталый:
– Остаться на нашей планете можно по-разному, саари, можно пленницей, а можно гостьей, или любимой дочерью.
– А можно вернуться на свою, к родным и близким людям! – Леди Яанн понимала, что, возможно, упорствует зря и стоит уступить. Притвориться, потянуть время… Но безликий голос пугал. Этот страх заставлял ее собраться и отвечать выпадом на выпад, как на дуэли.
– Время истекает, – холодно ответил голос, – придется…
Окончания речи леди Яанн не услышала – затылок взорвался дикой болью, странный неровный потолок качнулся перед глазами, и наступила темнота.
Глава 15
Таймер внутри ровно щелкал, отсчитывая минуты поединка, и, заодно, время прибытия десантного катера. Сержант слегка опустил глаза, защищая зрачки от ярких лучей утреннего солнца. Его противник, выжидая, кружил, задавая ритм плавными движениями меча. Этот прием Корас знал. Его успешно применяли невысокие, подвижные мечники: покружив вокруг противника им удавалось навязать более крупному сопернику свой быстрый изматывающие ритм. Удар! Тяжелый бастард обозначил широкий замах, искушая преторианца устремиться в «открытую» связку, чтобы нарваться на клинок даги, и юнец поддался, шагнул ближе, и получил длинную царапину поперек торса!