– Я думаю ты итак уже догадалась, кто мы, – Калеб пару раз стукает пальцем по кривоватому рисунку на рубахе.
Чёрной ниткой на ткани был вышит круг с перечёркнутой внутри короной.
– Что от меня нужно революционной армии? – хмуро спрашивает Одри.
Калеб довольно улыбается.
– Сразу к сути, да, учёная? – он выпрямляется и убирает руки за спину. – Не буду долго разглагольствовать. Мы знаем, что сегодня утром ты посетила Вестминстерский дворец. Нам неизвестно, о чём тебя попросил принц Виктор, но, чтобы это не было, ты должна превратить это в оружие.
– Что?! – Одри непонимающе уставилась на мужчину. – Что за бред ты несёшь?
Всё происходящее напоминало больше чью-то шутку, глупую театральную постановку с принцем в главной роли, чем реальность.
– Понимаешь ли, учёная, – взгляд Калеба стал серьёзным. Он взял ещё один стул и сел на него задом наперёд, положив руки на спинку и уставившись Одри в глаза, – как живут люди здесь, в трущобах? Вы, – Калеб ткнул пальцем в девушку, – создали машины, развили паровую индустрию, а корона и толстосумы только помогли вам в этом. Но хоть раз своим гениальным мозгом вы задумались к чему это привело? Половина Ист-Энда потеряла работу. Целые поколения остались без денег, отцам нечем кормить детей, а матери вынуждены продавать свои тела за копейки!
Голос Калеба становился всё злее.
– И причём здесь я? – спрашивает Одри, совершенно не понимая сути претензии. – Паровая индустрия начала развиваться более ста лет назад. Что-то ты припозднился с обвинениями. За столько лет, можно было уже начать разбираться хотя бы в самих основах машиностроения и найти себе хоть какую-то работу.
– Думаешь, всё так легко?! – Калеб поддаётся вперёд, настолько близко, что Одри может разглядеть все неровности его кожи. – Думаешь так легко получить образование, когда даже читать толком не умеешь! Этого не понять девке из богатой семьи!
Слова мужчины заставляют разрастись в груди цветам злости.
Да что он понимает!?
– Хватит уже размусоливать, – подаёт голос девушка, стоящая рядом. – Мы не для разговоров её сюда привели.
Мужчина по левую руку от Калеба молча кивает.
– Верно, – Калеб встаёт и убирает стул. – Нечего тратить время на пустую болтовню. Наше требование, учёная, ты услышала. Надеюсь на добровольное сотрудничество.
– Какое ещё сотрудничество? Ты серьёзно думаешь, что я выполню ваши требования? Идиоты! Как только вы меня отпустите, я сразу же доложу Его Высочеству о вас и вашем плане.
– Не расскажешь, – спокойно и уверенно возражает Калеб. Такой же решительный взгляд был и у принца. От этой мысли становится не по себе. – Ведь если ты скажешь о нас хоть слово, в голове твоего любимого учителя появится одна лишняя дырка.
Сердце ухает в пятки.
– Что? Что ты имеешь в виду? – Одри очень надеется, что ей послышалось.
– Именно то, о чём ты подумала, – улыбается Калеб. – Мы давно следили за тобой, мисс Одри Бишоп. Гениальная девушка-учёный, которой предлагали работу многие самые известные в мире компании, но которая решила всем отказать ради возможности жить свободно и заботиться о своём престарелом учителе. Даже сейчас мои люди следят за твоим домом. Стоит мне только сказать и на тихой улочке Анли-роуд раздадутся несколько оглушительных выстрелов. Теперь мы поняли друг друга?
Одри, чувствуя, как от страха начинают бежать мурашки по спине, несколько раз кивает.
– Замечательно, – Калеб хлопает в ладони, поворачивается к молчаливому мужчине и, стерев с лица улыбку, кивает на Одри головой. – Везите её обратно.
Дальше всё происходит как в обратной съёмке. Одри накидывают мешок на голову, выводят из подвала и снова садят в телегу, накрывая тяжёлой тканью. Путь обратно сопровождается стуком колёс и тихим разговором похитителей. Девушку высаживают на безлюдной Рокли-роуд, на парковке за домом. Руки освобождают от верёвок и снимают с головы мешок. Короткостриженая девушка смотрит на Одри презрительным злым взглядом.
– Помни, что стоит на кону. Лучше тебе не злить Калеба, – говорит она и даёт отмашку мужчине.
Тот подхлёстывает лошадь, и телега исчезает за углом. Одри ещё несколько минут стоит на месте, боясь пошевелится. Мысли, что похитители могут вернуться в любой момент, когтями царапали изнутри. А в это время на Лондон уже опустились сумерки. Холодный туман просочился в каждую щель, загорелись уличные фонари, на фоне тёмных каменных стен засверкали прямоугольники окон. Зябко поёжившись, Одри бредёт в сторону дома. На крыльце осталась лежать обронённая во время похищения сумка. Одри подбирает её с земли и отворяет дверь.