Основная часть бойцов нашей подгруппы укрывалась от солнца под маскировочной сетью, растянутой вдоль борта боевой машины. Наводчик Тетюкин каким-то образом отсиживался и отлёживался в своей башне, периодически открывая или опуская верхние люки. При этом задние двери десантного отделения были постоянно открыты. Как Лёньке удавалось не свариться вкрутую в стальной коробке, нам оставалось только догадываться… Хотя он сам утверждал о том, что внутри брони «очень даже прохладно»… И всё же в полуденный зной Пайпа вылезал из своей «духовки», как её прозвал Лука, и присоединялся к всеобщему лежбищу под масксетью.
Был третий час пополудни… Это означало самый пик местной жарищи… Уже находясь в окопчике, я вспомнил про очередной сеанс водопотребления… Получалось так, что из-за возникшей шумихи с миражём, мы пропустили столь приятное мероприятие. И всё же оно настало не сразу… Я с Бахтиёром прождали ещё минут с десять, чтобы у нас получился полуторачасовой интервал между моментами счастья. И в 14.30 мы намахнули по крышечке… И опять я пил вторым, чтоб чувствовать себя более защищённым от всяких там непредсказуемых факторов…
Затем фляга была убрана на своё место, и вновь настало «варево»… Именно так и следовало называть наше пребывание в раскалённой солнцем афганской пустыне. Когда человек начинает ощущать себя слишком вялым и даже обессиленным. И сейчас нам с Бахой предстояло продержаться вторые полтора часа. Чтобы не сбивать установленного ритма «водохлёбства», мы договорились потерпеть до четырёх часов дня… Это конечно было слишком уж тяжким испытанием, но конечная цель должна была оправдать наши мучения…
Ведь близился вечер… С каждым светлым часом и медленно текущими минутами. А вот когда безжалостное солнце начнёт клониться к горизонту… А тем паче когда оно совсем скроется с наших глаз долой… Вот тогда-то и настанет относительная прохлада… Невзирая даже на по-прежнему горячий ветер из пустыни… А ближе к полуночи вообще посвежеет…
Вот в это время мы и будем пить воду!.. Которую нам удалось сэкономить за весь день. И пить мы её будем не по одной крышечке в час, а по две или даже три. И такой режим является самым правильным. Ведь выпитая днём вода уже через минуту-другую проявится лёгкой испариной по всему телу… Которая высохнет также быстро… И таким образом какая-то часть спасительной жидкости попросту улетучится в атмосферу. Поэтому в светлое время суток воду следовало употреблять самыми минимальными дозами.
Зато с наступлением вечера, когда палящее солнце исчезнет за горизонтом и из пустыни не будет нести жаром как из адского пекла… Вот тогда-то и можно себя «побаловать». Ведь выпитая ночью вода окажет самое благоприятное воздействие на измученный организм. Какая-то её часть всё равно выйдет слабеньким потом, но это будет лишь небольшая потеря. Основная же доля воды останется в теле человека. Чтобы самым животворящим образом восстановить его силы и душевное здоровье. Вода в пустыне — это всё!.. И даже больше…
В обычных условиях, если это можно так назвать, человек может прожить без пищи чуть больше сорока дней. А вот без воды он продержится почти наполовину меньше. Точное количество дней я не помнил… Но это ведь в «обычных» условиях, когда бедняге не надо расходовать свои убывающие силы на какие-то там энергозатраты… Когда он может спокойненько так себе лежать на одном месте и беспрепятственно размышлять о чём-нибудь приятном… Или неприятном…
Как, например, гонка вооружений в космосе. Ведь совсем недавно в нашей советской прессе очень широко освещалась политическая акция одного американского астрофизика, который устроил публичную голодовку перед Белым Домом Президента США. Он таким образом выражал свой гражданский протест по поводу разворачиваемой американской военщиной программой СОИ. То есть Стратегической Оборонной Инициативы. Это когда на околоземной орбите зловредный Пентагон планирует разместить боевые спутники с противоракетами… А также мощные лазерные установки, действующие по принципу свободных электронов да с ядерной подкачкой… в общем, один американский астрофизик решил перебороть всю империалистическую сущность Соединённых Штатов, для чего и объявил публичную голодовку. Он обустроился в палатке, разбив её на лужайке перед Белым Домом. Бедолага вроде бы на самом деле ничего не ел. Но всё-таки воду он пил. Причём с какими-то минеральными добавками…