Милая Альбина: смотрит на меня сияющими глазами, чуть подняв аккуратные густые брови, словно узнала обо мне нечто, о чем я и сам не имею представления. Медленно целует мягким нежным ртом в середину лба: всего второй раз за сегодня. Ровно и спокойно сообщает:
– Кино закончилось.
Я едва не вздрагиваю от неожиданного выражения, но через секунду понимаю: взглядом она указывает на приоткрытое окно, оттуда доносятся приглушенные голоса и шорох гравия на парковой дорожке.
– Пройди в душ. Я сделаю тебе кофе.
***
Я так и не полюбил ее. Мы разговаривали, иногда даже подолгу, но она скрывала очень многое. Ею пользовались начальники, генералы, она от них уставала — не физически (она была уверена что при ее данных три-четыре мужика один за другим были бы нипочем, но до этого не доходило), тяготилась душевно: от их невнимания, от их шуточек, от их внимания. Ей дарили золото, ценные вещи, обращались как с очень ценной вещью. Душевные раны: изнасилование в малом возрасте, спортивная команда, уголовники, снова изнасилование — она вскользь упоминала эти эпизоды, лицо ее серело. Думаю, что она была сильной. С таким грузом на душе у нее не возникало и тени мысли считать себя лучше других. Жалко ей себя не было, но верить тому какая она прекрасная и редкая — Альбина отказалась раз и навсегда. Думаю, что она видела всех насквозь, но — что я тогда мог понимать… И еще думаю: я встретил ее благодаря цепочке событий, не могу знать — счастливых или несчастных. Как говорится — было хорошо, да хорошо, что прошло.
12.2020
Конец