Задумалась или замерзла? Может, домой пойдём? пробился сквозь мои мысли хрипловатый юношеский голос с характерным латышским акцентом. Голос, естественно, принадлежал Кристиану.
В пять вечера он и я сидели на берегу, на перевернутой старой лодке, неведомо как попавшей на ухоженный пляж в ноябре. Перед нами было море и волна в мелких барашках, под ногами серый влажный песок, в который мягко ушли подошвы наших кроссовок. Неподалеку от нас по берегу медленно разгуливала моложавая пара ещё совсем не старый мужчина под ручку с уютной блондинкой.
«Странно, но они всё-таки очень подходят друг другу, в который раз подумала я, рассматривая их. Она его любит. И очень бережёт».
«Кто эта пара?» спросите вы. Очень просто: мужчина это наш общий отец. А женщина мать Кристиана.
Перевела взгляд на брата и в очередной раз с грустью подумала, что он не похож на Арниса. Арнис был мягким, хотя и озорным, но всё-таки покладистым. И ему всегда требовалась моя защита. А Кристиан… ну, это Кристиан.
Ему восемнадцать. Это худощавый парень с темными волосами, стянутыми в два хвоста: один на макушке, второй у шеи. Вечно драные джинсы, в каждом ухе по три колечка, пирсинг во всех местах и татуировки. И из «красивого», на мой взгляд, у него остались только вдумчивые серо-голубые глаза и удивительное лицо. Лицо, к сожалению, уже испорчено свежим шрамом над глазом: в довершении ко всем «успехам» наш Кристиан дерётся. Школу закончил с «izcili» (наивысшим баллом) по математике, «gandriz viduveji» (низший балл) по поведению, и, как он сам выразился, «тройбаном» по английскому языку, потому что не поленился объяснить молоденькой и стеснительной учительнице, в чем разница между выражениями «fuck off», «shut up» и «fuck you».
Да, это и есть мой младший брат. А вы что думали? Что это будет меланхоличный романтик с голубыми глазами или одноименный герой из книги, с Аной на шее?
«Я вас умоляю!» Я даже фыркнула.
Мать, ты часом не оглохла? Я вообще с кем разговариваю? Кристиан лихо пощёлкал пальцами у меня под носом. Представляете? «Мать» это он мне. Вместо ответа натянула ему на нос его дурацкую шапку. Кристиан хмыкнул и попытался толкнуть меня локтем под ребра. В ответ, уже не стесняясь, дала ему подзатыльник и перехватила ошарашенный взгляд отца и вечно виноватый взгляд тёти Риты. Поморщилась и махнула им рукой: идите, разберемся без вас.
Кристиан усмехнулся и поправил шапку. Покосился на родителей, поморщился, опустил вниз голову. Протянул руку и выдернул из песка круглую бежевую ракушку. Положил её на ладонь и начал аккуратно очищать от песка.
Знаешь, мама очень жалеет о том, что сказала тебе тогда.
Извини, ты это сейчас о чем? насторожилась я. О моих отношениях с его матерью мы никогда не разговаривали.
Ты знаешь, о чём, у Кристиана был поистине удивительный дар: как ТОТ, кого нельзя называть, он умел читать мои мысли. Знаешь, Наташ, я долго не мог понять, почему ты не отвечаешь на мои звонки, и однажды насел на неё. И она мне кое в чем призналась. И вот теперь она, как трясогузка, трясётся, что ты расскажешь об этом отцу, а он ей этого не простит.
Равнодушно пожала плечами и отобрала у Кристиана ракушку.
Все мы о чем-то жалеем. Но можешь ей передать: папе я ничего не скажу.
Я не лгала: для меня этот этап жизни был уже пройден.
Скажи, ты на неё злишься? Кристиан покосился на меня.
На твою маму? Нет. Уже нет… Главное, чтобы она больше не пыталась разлучить нас с тобой. Я улыбнулась, заметив, как Кристиан непривычно смутился, и решила выбрать более безопасную тему: Слушай, а как тебе удалось убедить её смириться с твоим выбором?
Для справки: в этом году Кристиан тайком от родителей закончил рижскую школу раллистов. Скандал разразился, когда папу в Москве поздравили его коллеги с тем, что его сын стал самым юным пилотом рижской юношеской команды «Students». Сообразив, что сынок «забил» на Рижский университет, а вместо этого набирает очки на территории Бикерниеского автокомплекса, отец схватился за голову и полетел в Ригу.