— Да. Не знаем. Должны узнать. Как?
Он задал этот вопрос, явно приглашая присутствующих к дискуссии. Не знаю, почему промолчали Пашков с Денисовым, но промолчали. И сказал я:
— Надо их спровоцировать. Заставить действовать.
Майор взглянул на меня с еще большим одобрением. Вроде бы хотел это одобрение высказать, но передумал. Видать, решил, что рано. Обратился к Денисову:
— Комиссар, ты ведь местную среду хорошо знаешь. Скажи, можно ли разогнать слух по округе? Сарафанное радио.
Комиссар усмехнулся:
— Не вопрос, если умеючи. А мы сумеем.
— Сколько времени понадобится, чтобы все узнали… — здесь усмехнулся и майор, — совершенно секретные сведения?
— Суток двое примерно.
— Это долго. Надо ускорить. Но аккуратно. Чтобы не спугнуть. Чтобы не догадались, что это мы их на крючок цепляем.
— Да это понятно, товарищ майор, — сказал Пашков.
Смирнов развил мысль.
Нужно распустить по бригаде и деревням «совершенно секретный» слух: дескать, золото будут срочно вывозить на самолете под покровом ночи. По соображениям конспирации, разумеется. В операцию посвящено только руководство бригады. Все должно быть проделано в течение получаса. Ящички с золотом в темноте переносятся из штаба в самолет, тот поскорее взлетает… Вот и все. Нужно постараться убедительно обставить подготовку. Пусть чей-то еще неведомый нам глаз увидит легкую суету в штабе, увидит, как пилот возится с замаскированным У-2, готовя его к вылету… Да, это все должно быть сделано достоверно, без пережимов, чтобы эти неведомые глаза и головы не заподозрили нашу игру. Они, эти головы, надо полагать, не совсем дураки, соображать умеют.
Смирнов говорил все это — и чем дальше, тем яснее я понимал, что он говорить умеет, строит фразы и интонации так, чтобы они проникали в сознание слушателей… Это надо уметь, конечно.
И я видел, как Пашкова с Денисовым захватывает предстоящая инсценировка. Интересно, черт возьми! Увлекательно.
— Значит, — заговорил старлей, — нужно разыграть спектакль… И они попытаются отбить золото?
— Уверен, — четко объявил майор. — Если они есть, то непременно должны это сделать. Это их последний шанс. А мы их должны взять.
— Товарищ майор, — вклинился я, — разрешите мне тоже участвовать в операции? И у меня служебная собака Рекс… вот товарищи командир и комиссар знают. У пса уникальные способности…
— Знаю, — спокойно ответил Смирнов. — Согласен.
И опять же как будто что-то не договорил. Но я переспрашивать не стал.
Началась разработка операции. Денисов разумно предложил привлечь председателя сельсовета Трофима Степановича. Однофамильца майора. Старик толковый, так ловко распространит дезинформацию, что комар носа не подточит.
— На него можно положиться, — уверенно заявил Пашков.
— Смирновы все такие, — усмехнулся майор. — Ну, тогда приступаем. Смотрите: секретность строжайшая. Малейшая утечка — и упустим.
И операция началась.
Сразу скажу: всех деталей я не знаю. Как толковали с Трофимом Степановичем, через кого он распускал слухи — не знаю. Но не сомневаюсь, что делал он это безукоризненно. Ложный вылет назначили на следующую ночь. Активность возле штаба умеренно усилилась — практически и незаметно, но если кто внимательно наблюдал, то заметил бы. Особенно озабоченным был Яков Иванович, и даже на крыльце устроил перепалку с председателем сельсовета по каким-то оргвопросам. Очень натурально.
Впрочем, помимо этих показных забот, у нашего завхоза были и настоящие.
Пашков вызвал меня:
— Слушай, Крылов. Дело такое… Тебе с псом твоим надо бы позицию занять заранее. Невдалеке от самолета. Мы там шалаш оборудуем, замаскируем — будет незаметно. Но вам там надо будет пробыть несколько часов. Химические грелки выделим, — поспешил сказать он. — У Масленкина есть. Но будет непросто.
— Какой разговор, товарищ комбриг, — я с удовольствием произнес я новую должность. — Надо — значит, надо.
И в сумерках, под служебным предлогом, мы с Рексом покинули деревню. Пришлось кружным путем поколесить по лесу, но нам-то, кентавру, это было просто еще одной тренировкой.
«Ты как, брат?»
«В норме, хозяин. Задание интересное!»
«Должны справиться».
«Справимся!»
Заранее подготовленный шалашик мы обнаружили по приметам без особого труда. Он был небольшой, рассчитан на лежащего человека, спрятан под нижними ветвями ели. Сделан отлично, плотно, пол густо выстлан еловыми ветвями — ребята Масленкина постарались, что уж там говорить.
Замаскированный самолет располагался метрах в пятнадцати.
Я не сразу активировал грелку — она реально работала три-четыре часа, а нам тут предстояло провести побольше… Забрались в укрытие, устроились.