«Все же — отставить. На войне делаем не то, что хотим, а то, что надо».
Трофим Степанович меж тем сделал вид многозначительный. Я догадался, что ему еще есть что сказать, но он приберег это, как козырь в карточной игре.
— Там в Дедовичах, — наконец молвил он, — знакомый у меня хороший есть. Сослуживец. Из наших мест завсегда в кавалергарды парней брали. Да и в преображенцы с семеновцами не редкость. Ребята мы бравые… Ну да ладно! Я к чему: если к нему подойти от моего имени — встретит, как родного. Это обязательно.Вот и первый шаг. А дальше по обстановке.
— С тобой, Трофим Степаныч, приятно иметь дело, — облегченно сказал Пашков. — Что бы мы без тебя делали…
— Да то же самое, — в тон командиру откликнулся Смирнов. — Только хуже…
Так началась отработка легенды. Я без особого труда убедил руководство в своей кандидатуре. И верно — из местных только я имел опыт нелегальной работы. Картина сложилась такая: парень из деревни Красноселье едет в Дедовичи. К знакомому. Везет гостинцы. А уж добравшись до знакомого — зовут его Григорий Петрович Морозов — раскрывает карты. И дальше действуют совместно. Действовать надо быстро и решительно. На долгие раздумья времени нет.
И назавтра утром я на санях-розвальнях, запряженных бодрым молодым коньком Дугласом, покатил по правдоподобному маршруту. Пришлось, конечно, сделать крюк: чтобы соответствовать легенде. В Дедовичи надо заехать со стороны Красноселья.
Так оно и вышло.
Улицы бывшего райцентра были почти пусты. Соблюдая указания Трофима Степановича, я проехался окраинными путями, отмечая приметы: усадьба с резными наличниками, старый тополь… Все совпадало. А вот и дом Морозова. Добротный, Все описания точка в точку.
От сарая к крыльцу неспешно шагал рослый бородатый дядя в ватнике, в шапке-треухе. Заметив подъехавшие сани, он остановился, глянул вопросительно.
— Доброго здоровья, Григорий Петрович! — прокричал я приветливо.
— Ты тоже здравствуй, коль не шутишь, — прозвучал спокойный ответ.
— Какие тут шутки. Все серьезно. Привет вот вам привез. И гостинцев немного.
— Это от кого же?
— Сейчас объясню. Да вы бы впустили во двор, что нам через забор-то разговаривать!
— Забор не помеха.
Григорий Петрович цепким взором окинул коня.
— А жеребец-то важный у тебя… Как кличут?
— Дуглас.
Хозяин слегка изогнул бровь:
— Редкое имечко.
— Как у союзников наших, — я пошел ва-банк. — Самолет такой есть. Американский.
Морозов посмотрел очень внимательно.
— Союзники, говоришь… Наши? Ага. Так от кого привет с гостинцами?
— От сослуживца вашего. По Кавалергардскому полку.
— Никак от Трофима Смирнова?
— Его самого.
Взгляд стал еще внимательнее. Григорий Петрович совершенно явно свел в голове какие-то логические ходы. Промолвил:
— Тебя-то самого как звать?
— Егор Крылов.
— Ну, заезжай на постой.
И стал открывать ворота. Дворовый пес для приличия побрехал, но без фанатизма, видя, что у хозяина все под контролем.
А через пять минут я с аппетитом хлебал горячие, из печки щи. Хозяйка — опрятная румяная старушка — расторопно накрыла на стол.
Щи, правда, были постные. Из квашеной капусты. И не по церковному календарю, а по нужде.
— Мясо, землячок, нынче, сам понимаешь… — хозяин извинительно развел руками. — А курей эти паразиты мигом всех сожрали. Проходили тут, танковый батальон ихний. «Матка, курка давай!» — только и слыхать было.
— Точно, точно, — со вздохом подтвердила хозяйка.
Пообедав, приступили к делу. Григорий Петрович ловко свернул самокрутку, задымил.
— Значит, от Степаныча… Ну, можешь не пояснять. Я — ни слова, ни звука. Как там он? Говорят, Сельсовет возглавляет?
Я вновь подивился действенности районно-деревенского телеграфа. И раскрыл карты. Пошел на риск, конечно.
Морозов выслушал очень спокойно.
— Василий, говоришь… Есть такой. Нечаев фамилия. Ну что ж, можно свести вас. Сегодня вечером.
— Погодите, Григорий Петрович. Вот так сразу?
— А чего тянуть? Или у тебя времени пять аршин?
Я усмехнулся:
— Да один-то вряд ли есть.
— Ну вот. Ты не волнуйся, я сперва все проверю. В конспирации разбираемся. Если какое сомнение, то ничего и не будет.
Вечером они пришли. Хозяин привел молодого парня с напряженным веснушчатым лицом. Заметно было, что тот волнуется.
— Знакомьтесь, — предложил хозяин.
Наш с Рексом кентавр здесь впрямую не работал, но интуицию и наблюдательность он во мне обострил, да и уроки двух старших лейтенантов даром не прошли. Мгновенная оценка по мельчайшим деталям моторики, поведения — и вывод: не врет. Похоже, полицай Василий Нечаев действительно стремился выйти на контакт с советским подпольем. По своей инициативе.