– И что?
– Вот эта часть может быть снята с лафета и установлена на автомобиле. Механизм гори-зонтирования, наведения и пуска стоит только на этой раме.
– Так это же готовая «катюша»!
– Именно так, товарищ маршал.
– Сколько их у тебя?
– В мой адрес отгружено 246 установок до порта Кобона, и 156 идут сюда вместе с личным составом 327-й дивизии. Требуются автомобили «Додж 3/4» и «виллисы», порядка пятисот штук. Только для обеспечения деятельности этих подразделений требуются транспортные самолеты, необходимо своевременно снабжать дивизионы горючим. Плюс воздушная разведка. И будем трепать немцев на маршах.
Семен Михайлович стоял, облокотившись на стол с картами, и нервно барабанил большими пальцами по столешнице.
– Астахов! – громко крикнул он.
– Тащ маршал…
– РДО в Кобону, грузить установки М14 немедленно, присвоить литер и направить на станцию Грозный, за подписью члена Ставки. Исполнять! Марецкий!
– Я!
– Направить 600 автомобилей в адрес 5-й Ударной, проследить, чтобы не менее 150 машин были снабжены тяжелыми зенитными пулеметами. Всех водителей передать в Ударную. Исполняйте!
– Есть.
– Так! – пробормотал Буденный, потирая руки, подошел к столу, снял трубку и назвал какой-то позывной. – Константин!.. Да-да, я. И тебе не хворать. Сегодня же тебе и Шевченко быть в Ханкале. Прибыл командующий 5-й Ударной, есть вопросы, необходимо согласовать действия. Два транспортных полка передашь ему. Задачу он объяснит.
Он повесил трубку и подозвал меня, поманив пальцем.
– Бензин будешь брать прямо с перегонного завода, организуй подачу тары. За своевременную подготовку этих дивизионов отвечаешь головой. ГАУшникам я хвоста накручу, снаряды у тебя будут. Остальную матчасть смотри у себя, там тебе много чего нагребли. И учти, здесь степи, а в небе хозяйничают немцы. Не забывай об этом. Действуй!
Через сорок минут я приземлился в Ханкале. В город я не поехал, у меня к нему предубеждение после 94-го года. Поселился во втором совхозе, штаб армии приказал переместить туда же. На аэродроме большое скопление авиатехники и совершенно отсутствуют средства ПВО. Все готово для того, чтобы здесь все сжечь. Неожиданно для себя увидел самолет наркома, имеется в виду Лаврентий Палыч, а через некоторое время, которое я потратил на то, чтобы приказать начштаба Богдановичу передислоцировать сюда штаб армии, Берия появился на аэродроме, минут через 15–20 после моего прилета. Он был в полевой форме, практически без знаков различия. Приехал он не ко мне, он закончил свои дела и собирался в Москву. Увидев меня стоящим на аэродроме, оказал мне немного медвежью услугу: я как раз разговаривал с генерал-майором Константином Андреевичем Вершининым и полковником Владимиром Шевченко, они только приземлились, и шла процедура знакомства. В результате появления товарища Берии они абсолютно потеряли собственное мнение, и вытянуть из них что-нибудь большее, чем: «Есть, товарищ комиссар госбезопасности!», довольно долго не удавалось. Проблемы у них были, и большие. А тут еще Лаврентий Палыч заявил, что все здесь проверяет на отклонения от приказа № 227, и перед глазами двух бравых летчиков замаячил штрафной батальон или штрафная рота. Дело было в том, что выполнить приказ командующего направлением у них было нечем. От шести дивизий и кучи авиаполков армии остались слезы. Тот же Моздок прикрывала целая 217-я дивизия в составе девяти самолетов. В Грозном дела обстояли чуть лучше, 38 истребителей, за счет 25-го учебного полка. Мы с наркомом отошли в сторону, тот поинтересовался: какого черта я здесь делаю? Я ответил. Берия почесал нос и сказал:
– Мне приказали лично проверить все скважины на предмет минирования и подрыва. Ты меня понимаешь?
– Конечно.
– Лечу докладывать. Что у тебя?
– Приказали принять 5-ю Ударную, только прилетел. Встретился с Буденным.
– Я бы ему… – злобно сказал Берия. – Дождется у меня!
– А мне понравилось, как здесь все организовано.
– Твоими устами да мед бы пить!
– Помните, я вам отдавал генеральские петлицы?
– Конечно.
– Так вот он носит звезды маршала и переодеваться не собирается.
– С чего взял?
– Формируем ударные части, сейчас решаем вопрос с авиаподдержкой.
– Бог – в помощь, Петрович! Хотя у тебя в этом вопросе громадный опыт: действовать, когда вокруг никого нет. Удачи!
– К черту! Вторым будете, первым сегодня был Верховный, передайте ему: «К черту». Сам сказать постеснялся.
– Ну, если что, все скважины и буровые к взрывам подготовлены. Имей в виду.