Вот тут я и рискнул. Уже сформированы роты, распределили, все санитарные сумки уже по врачам разошлись, это так, к слову, им работы хватало, но ротные и взводные назначены, после подъёма объявят и сформируют подразделения. Так удобнее управление. У каждой роты свой интендант, ну или ротный старшина. Так вот, я оставил лагерь, големы показали, что рядом никого, и на «Шторьхе» полетел к Брянску. А я знаю, что там и где. За три часа добрался. Големы пока зачищали склады, а солдат тут хватало, погрузки шли, с боем зачищали, я набрал добра на две тонны и семьсот килограмм. Списки необходимого были. Ну тонна — это припасы, хватит нашим на пять дней, снял проблему с этой стороны, варить супы, чай, печь лепёшки. Также взял ещё три столитровых котла. Всё же лучше шесть рот иметь, и шестой котёл ей уйдёт, и два для чая. Также сотню шинелей, семьсот сидоров, шестьсот комплектов утеплённого байкового белья, ещё сотню красноармейских шаровар и гимнастёрок, с ремнями, плюс пять сотен головных уборов, нашёл три сотни шапок-ушанок, и две сотни будёновок. А то многие без них шли, накинув одеяла на головы. Ночью было минус семь, а то и десять. Также сотню сапог, у меня были размеры, с портянками, и нужные медикаменты. Ну и шесть топоров, десять пил, десять тазов, и пять вёдер. В общем, за час всё заполнил, там в лес, бежал неся на плече ящик с мылом, и упаковку с полотенцами, там их двадцать штук, к месту, где самолёт стоял. Взлетел и обратно. Уф-ф, какое я облечение испытал, когда обнаружил что лагерь мирно спит. Правда в километре проезжали две телеги с полицаями, големы их перехватили, тела спрятали, а телеги к нам, с оружием, пять единиц, винтовки одни были. Добравшись до лагеря, поднял двух дивчин, чтобы приняли добытое, и поставил их на охране, отдохнули. Сам завалился спать, на подстилке, накрывшись одеялом. Велел будить, когда будет завтрак готов, перед выходом. Вот так и пролетел этот день, думаю нескольких часов хватит восстановить силы, поспав, а там двинем дальше. По мне так неплохо всё вышло.
А то что только что добыл я выложил на опушке, где самолёт убрал в хранилище. Хотел сказать Светловой, а она тут командует, что на следующем месте стоянки осназ приготовит то, что те в заявке указали, но зачем девчат мучить лишние сутки? Проснутся, сформируют шесть рот, и получат те, кому чего не хватило из необходимого, и двинем дальше. Вот такой план.
За следующие восемь дней мы отмахали почти на четыреста километров. На хорошем питании, а мясо ели, оно прибавило в силе и за ночное время иногда около пятидесяти, и даже шестидесяти километров проходили. Уставали конечно, но постепенно втянулись, научились быстро лагеря ставить, повара готовили. Даже ослабевшие стали чаще двигаться сами. Я ещё дважды посещал склады, но уже у Киева, в основном припасы добывал, они как-то быстрее уходили, чем я думал, питание пусть двухразовое, по прибытию к месту днёвки, и перед уходом, но кормили хорошо, сытно. Даже лепёшки пекли, я противни для них добыл. Ну и палаток взводных, теперь в каждой роте их по три было, а холодало сильно, без палаток никуда, навесы не спасали, да и навесы ставили для лошадей. Уже снег выпадал, позёмка мела. Плюс ещё девять телег и повозок добыл, в основном от полицаев, тела големы хорошо прятали, хотя путь наш по ним отследить принципе могли. Да и отследили, на девятую ночь впереди нашего маршрута сканер голема, я поднимал каждые полчаса, показал, что дорога перерезана и там оборудует позиции, даже окопы, блиндажи делают, целый батальон. Пехотный, но со всем вооружением, даже батарея лёгких полевых гаубиц была. Как-то близко к позициям батальона, на границе дальности сканера засёк. Что я сделал, остановил девчат и отправил на зачистку трёх големов. Точнее к нам подбежал Леший, я рядом со Светловой стоял и сообщил:
— Впереди немцы, что-то около батальона, мы сейчас пробежимся, уничтожим их, подождите тут. Как закончим, дам три ракеты одновременно, можно будет выдвигаться. Соберёте трофеи, что вам пригодятся.
Десять минут и от батальона ничего не осталось. Причём, в этот раз големы не работали тихо, тут нарабатывание репутации шло, тем более батальон может быть и пехотный, но фронтовики и ветераны там. Это не охранная дивизия. А потому что с подразделениями охраны тыла големы уже встречались, но работали тихо, шесть рот в ноль скосили, девчата не знали, я не сообщал, а тут решил вот побить немцев. Так что шум боя стоял десять минут, трассёры летели во все стороны, ручные гранаты рвались, и рвались снаряды в горевшем штабеле ящиков на батарее. А когда были ракеты, я дал через Лешего, потом деактивировал двоих големов, оставив командира, девчата сблизились, раздались команды, я уже сообщил что у немцев свой обоз и три полевых кухни. Так что теперь это наш обоз, одних повозок почти три десятка, плюс эти кухни. Их уже осваивали. Много имущества прихватили, теперь все девчата вооружены, всё имеют в сидорах, даже котелков немецких набрали, оценили их. Три часа на позициях разбитого батальона были, и двинули дальше. А работали, пуская осветительные ракеты, у немцев изрядный запас был, так что хорошо прошлись, ну и дальше. Однако, в этот раз уйдя на второстепенную дорогу. Немцы такую плюху не простят, и теперь зная где мы, будут кидать под нас всё что есть под рукой. Впрочем, на то и был расчёт. Больше уничтожу и больше големов прокачаю. Хотя должен сказать, что я торопился, девчат нужно как можно быстрее довести до наших и передать в руки представителей властей, чтобы они о них позаботились. Причина банальна. Я не сразу добрался до списка спасённых, Светлова с помощницами составила по моей просьбе, и вдруг обнаружил, что Марии Райновой там не было.