Что ж, с Райновой я не ошибся. Добрался до Слуцка, нашёл кто отвечал за переводы. Точнее узнал, что убил его при зачистке перед освобождением лагеря. Но остался архив. Мой голем зашёл в управу в форме немецкого офицера, снял копию с того, что служил в комендатуре, его тут все знали, и велел архивариусу найти все данные по Марии Райновой, и срочно. Куда ту отправили. Тот и нашёл, сообщив информацию. После этого, три голема, не смотря на день, уничтожили служащих управы, сожгли здание с архивом, а я вскоре вылетел в Польшу. Марию, среди прочих девчат, освобождая места в лагере, отправили в концлагерь в районе Познани. Впрочем, её там может и не быть, лагерь больше пересыльный, хотя несколько бараков с постоянными сидельцами имелось. Так что пятьдесят на пятьдесят. Хотя бы узнаю куда её дальше отправили, если такое было. И знаете, за следующие пять дней я посетил три лагеря, узнавая, что Мария этапирована дальше, при этом уничтожая охрану и выпуская сидельцев, снабжая за счёт охраны хоть чем-то. Кто-то разбегался, кто-то решил не рисковать, и оставался в бараках. Зима же уже начиналась, снегу по колена, какие уж тут побеги? В принципе, я был согласен с этим, два лагеря освободил, в третьем нет, отработал под видом лагерного офицера, я его снаружи уже перехватил, выясняя где Мария, и также покинул здание правления. Даже никто не пострадал. Ну кроме того офицера, с которого копия бралась. Наконец конечный пункт моих поисков. А унтер, что отвечал за архив, позвонил в нужный лагерь и выяснил, что Мария у них, даже номер барака и её личный номер. Лагерь-то оказался в Австрии. Ничего, добрался, тут охрану всю уничтожил, Марию и два десятка девчат освободил и забрал, вывезя на захваченном грузовике. Это из наших, вообще в лагере интернационал, много иностранцев, а так доехали до ближайшего аэродрома, о, я там запасы топлива пополнил, а то изрядно потратился, угнали транспортный «Юнкерс» и на нём к своим. Сложно управлять, меня немецкий лётчик учил, обещал его отпустить после обучения. На подлёте к нашим и отпустил, тот прыгнул с парашютом. Ничего, пусть с дозаправкой по пути, садились на дорогу, немец помогал, обучая, но добрались, я по пути, на подлёте связался с ПВО столицы, сообщив кто я и на чём лечу. Кто на борту, описал, и попросил дать маршрут до аэродрома. Прислали истребители сопровождения и посадили. Вот только сбежать я не смог. Ну да, вот так получилось.
Что в результате вышло? Вторая Звезда Героя, по совокупности освобождений лагерей и вывоз к нашим девчат, неделю допросы шли следователей, и меня силком отправили в Подольское стрелково-пулемётное училище, оформив курсантом. Само училище не эвакуировали, хотя курсанты участвовали в боях за Москву, остановив наступление немцев и нанеся им серьёзные потери. Меня же включили в первый курс, из свеженабранных курсантов, те сами учились всего несколько недель. Впрочем, я тоже не пальцем деланный, показал корочки пилота, аттестат окончания аэроклуба, и отправил запрос перевести меня в военное лётное училище, на истребителя обучатся. Ну да, прям отпустили Дважды Героя. Да многие политработники на моей славе делали карьеру. У меня по сути и учёбы-то не было, на всякие митинги меня возили, общаясь с народом, рабочими заводов и бойцами формирующихся частей перед их отправкой на фронт. Блин, сделали символ из меня, сели на шею и ножки свесили. Однако я уже сказал, не пальцем деланный, просто посетил кадровый отдел управления РККА в Москве, ну да, в самоволке был, Подольск-то рядом, и с глазу на глаз пообщался с одним полковником. Подарил часть трофеев, взятых у немцев. Те ценности вывозили, вот я вагон вскрыл и набрал побрякушек. Так что ушли золотой портсигар с каменьями, зажигалка из того же набора, а также золотые карманные часы, и тот оформил приказ, перевод, меня в Борисоглебск, в авиационное училище имени Чкалова, на курсы лётчиков-истребителей. И что вы думаете, прошло, через три дня, скрипя зубами, мне оформили проездные, и вскоре я на поезде направился на юг, в сторону Воронежа. А куда деваться, присягу уже принёс, я по сути военнослужащий, так что учится нужно.
А там прибытие, оформление, и пошла учёба. Кстати, довольно интересно, но меня больше удивляло, зачем нам знать полное техническое описание разных самолётов, как провести ремонт и обслуживание. Из нас авиатехников готовили или всё же лётчиков? Задал этот вопрос старшему курса, и был внезапно переведён на курсы штурманов. А через три дня я просто плюнул и решил сбежать. Надоело. Если считаю себя партизаном, значит буду им. И вообще, хватит жить по правилам местных, видно же, что они идут вразрез моим планам.