Может я ещё бы что успел, однако утром первого июля меня вызвали секретариат при госпитале, где сообщили, что моё лечение закончено, выписка оформляется, можно собираться. То, что такое возможно, я вполне осознавал. Вчера после обеда, я в три часа вернулся со своей привычной прогулки, это официально я якобы на прогулках, и меня дёрнули на осмотр. Это не было официальной врачебной комиссией, просто несколько врачей осматривали пациентов вроде меня. Кстати, уже двадцать пятого июня в госпиталь начали поступать первые тяжелораненые военнослужащие, в большинстве которых доставляли санитарными эшелонами. В нашей палате двое таких было, их жадно расспрашивали соседи, я тоже с интересом слушал. Один лётчик, обгоревший, на взлёте сбили, странно что всего одной сломанной рукой обошлось. Второй лейтенант-стрелок, командир роты, три пулевых в грудь, дышал тяжело, но смотри, выкарабкивался. Так что общались с новенькими, то что у границ бойня идёт, уже было ясно, причём бьют там наших. А тут такое. И место освобождали, и пополнение в армию отправляли. Я кстати вторым таким стал, ранее одного из соседей также выписали, тот считал, что не долечили. А ему аппендицит вырезали две недели назад, ходит осторожно, а он артиллерист. Тут уже ничего не сделаешь, так что пошёл к завхозу получать форму. Вещи, что на момент попадания в госпиталь, были при Сане. Ничего, всё выдали, переоделся, сдав больничный костюм и тапочки. Форма сидела отлично, фуражка на голове. Всё выглажено и вычищено, спасибо больничным работникам.
Что интересно, пистолет «ТТ» был в кобуре. Разряжен. Его у одного из налётчиков нашли, по номеру и определили чей, вот и вернули владельцу, раз тот в командирское удостоверение вписан. Патроны в платок увязали. Так что я тут же снарядил оба магазина, основной и запасной, теперь заряженное оружие в кобуре было. Планшетка на боку, да в принципе и всё. Кстати, что-то с теми нарядами, что в планшетке были, не так, раз начальник складов примчался, и быстро их изъял. Не скажу, что уверен, просто обратил на это внимание. Подозрительно. Дальше в секретариат, получил документы, своё удостоверение и комсомольский билет, их вместе хранили, а также выписку из госпиталя. Порядок. Попрощался со всеми, кое с кем даже обнимался, всё же тут две недели провёл, мало, если честно, головные боли ещё бывают, но тут не поймут если буду пытаться остаться. Однако, то что меня не долечили, и я понимал, и мой лечащий врач. Тот только руками разводил, приказали всех лёгких выпускать, места освобождать. Каким образом я попал в легкобольные даже гадать не стоит. Да и смысла не вижу, всё равно уже ничего не изменить. Так что посетил бабулю, забрал очередную партию пирожков, и сообщил что всё, отбываю на фронт, после чего двинул в наше Главное управление тыла РККА. Прекрасно знаю где оно, доводилось бывать дважды в прошлой жизни. Там дежурный проверил документы, и направил в нужный кабинет. Командир, что выдавал направления пока отсутствовал, очередь медленно копилась, пока наконец не вернулся. Дальше стал принимать, и очередь быстро рассасывалась. Я свою выписку показал, тот кстати вклеил в личное дело Александра Савельева. У него все стены в шкафах с архивом по буквенной нумерации. И дальше выдал направление. Кстати, информацию внёс также в личное дело.
Я же на месте изучил куда меня, и узнал, что в службу снабжения Четвёртого мехкорпуса, Шестой армии, Юго-Западного фронта. Я даже подивился. Этим корпусом сейчас командует генерал-майор Власов. Приказ получен, проездные, продаттестат, всё что полагается, так что дёргаться не стал, а покинув здание, посетил склады, где мне выдали паёк на двое суток. Новенький сидор получил. После этого поймав пролётку, а довольно немало наёмных пролёток таксовало, и велел вести на военный аэродром. А у меня там контакты, через одного соседа по палате. Ну да, козырял его именем, он тут служит, так меня на территорию пропустили, а потом самолёт попутный нашли, летел под Тернополь, в штаб ВВС фронта. Правда, вылетал ночью. Пассажиров много, но мне место нашли. Так что я аэродром не покидал, тут покормили в столовой, обедом и ужином, вот и отдыхал в тени на травке, ожидая вылета. Конечно таких наглецов обычно ставили на место, но я не только фамилией знакомца козырял, а дежурному по аэродрому подарил портсигар, так что тот сразу дал добро на доставку. Портсигар для меня ценности не имел, а вот для местных, более чем. Материал простой, но снаружи эмалью красная звезда нанесена, серп и молот, сделано красиво, с окантовкой, и художественно, вон как капитан разомлел.