— Жив! Я живой!
Почти сразу я со стоном схватился за голову, пережидая боли. Вообще они ещё от тряски начались, рано меня выписали, ох рано. Так что я медленно брёл, меня шатало, состояние как-то стало плохим, даже полежал немного на пшенице, пережидая головокружение. Впрочем, прошло всё быстро, поэтому я снял форму, сапоги стянул, убрав всё в хранилище, сам надел тот светлый костюм, шапку фетровую, меня налысо обрили из-за швов на темечке. Да, там два наложено было, так что без шляпы по городу и рынку не погуляешь. Вот так под видом гражданского и двинул прочь. Как ни странно это говорить, но ситуация для меня вполне удачная. Я уверен, что уже на оккупированной территории нахожусь. Мы от Тернополя отлетели километров на сто пятьдесят, когда самолёт совершил такую жёсткую посадку, сейчас он позади серьёзно так полыхал. Так вот, командиры прыгнули километрах в шестидесяти позади меня, и скорее всего тоже к немцам. Как выживать будут теперь это их проблемы. А у меня планы такие, для начала добыть самолёт, «Шторьх» или связной «мессер». Самые ходовые машинки у немцев, и двинуть к Варшаве. О да, нанять посредника и быстро набрать наложниц. Надеюсь Маргарита будет, жажду её увидеть. Потом набиваю полное хранилище самыми дефицитными вещами, снаряжением и оружием, и возвращаюсь к нашим. Хотя может и не сразу, в принципе пара недель у меня есть, скажу, что выживал в тылу у противника, вот только выбрался. Так вот, во всех мирах где я перерождался, кроме тела Власова, я искал своих родственников. Да, как академик Райнов, хотя они по сути ему не родственники, однофамильцы, но он искал и помогал, ещё и десантников подряжал это делать, так вот и я совершал подобные действия. В теле Ивана Градова или старшины Мишина, я искал и находил деда. Для меня эти парни были родными.
Пятнадцатилетний дед выживал в Кирове, у дальней родни. Я забирал его, говорил, что выживший родственник, сын дяди его, устраивал в Москве, находил хорошее учебное заведение, объясняя, как это нужно, и оставлял под присмотром, хорошо обеспечивал, потом следил за его жизнью. Ну в теле старшины Мишина я погиб быстро, только и успел устроить в Москве в техникум, на автослесаря учился, а вот когда Градовым был, до шестидесятых прожил, то серьёзно помог ему. Тот женился, в Москве устроился, четверо детей было, на момент моей гибли. В общем, устраивал как мог. И знаете, вот и думаю, оно надо ему моя помощь? Я ведь помнил рассказы деда, он воевал с сорок четвёртого, когда ему восемнадцать исполнилось, вернулся в Киров, нашёл дивчину, построил дом и жил, и был счастлив. То, что дед сильно не любил коммунистов, это дело второе. Не всем они нравились, если уж быть откровенным. Многим людям беду принесли, было за что ненавидеть. Ведь по сути сорвав деда с его привычного уклада, не родится мой отец, не родится тот, кого бы я назвал своим близнецом. Так может не вмешиваться, а просто следить со стороны и помогать, когда нужно? А знаете, наверное, так и поступлю. Вот так я и шёл, мягкие туфли конечно не то, чтобы гулять по такому полю, ещё и темнота мешала, мне оказывается сложно идти, шатает. Видимо последствия контузии от взрыва гранаты и жёсткой посадки самолёт, встряхнуло меня тогда серьёзно, но ничего, держась за руль велосипеда, он как точка опоры, так и шёл прочь, пока не вышел на полевую дорогу. Кстати, дальше видел костёр, похоже немцы стояли летним полевым лагерем. Если рухнувший самолёт их и заинтересовал, то что-то не заметил, чтобы в его сторону кто-то выезжал. Видимо высокий пожар убедил, что ничего интересного там не осталось.
Приметив на обочинах дороги, могу только предполагать, что это не полевая дорога, слишком широкая в две колеи, силуэты брошенной техники, заинтересовался. Прикинув, я стал подходить и изучать. Даже достал спички и подсвечивал. Нашёл новенькую полуторку. С крытым кузовом. На вид целая. Проверил веточкой, бак сухой, и прибрал в хранилище, пригодится. Чуть позже ещё убрал «ЗИС-5» с зенитной установкой счетверённых пулемётов «Максим». Установка и машина на вид в порядке. Потом изучу, чуть позже. Среди двух десятка грузовиков, большая часть были повреждены, кажется от обстрела с воздуха, приметил санитарный автобус с красными крестами. Машина разграблена, но на удивление целая. Да новая, остро пахло кожзаменителем от сидений. Тоже прибрал. Если что, починим. Баки и тут сухие. Легковые пока не встречались. Четвёртой находкой, а я уже обошёл полем тот лагерь немцев, что приметил, шёл на запад, они были на пути, стал «БА-10М». С поднятыми капотами у моторов. Не знаю на ходу или нет, но пушка исправна и даже несколько снарядов в боеукладке. Правда, пулемётов нет, сняли, но чуть позже я приметил несколько разбитых, и даже целых танков, снял с некоторых пулемёты и установил в броневике. Ещё пять в запасе было. И около трёх сотен дисков пулемётных, но все пустые. Снарядов набрал с полсотни двух калибров. А тут снова немцы лагерем стоят. Прошлось переодеться в комбинезон танкиста, нашёл запасной в одном из танков, кстати, пятой машиной стал целый на вид «Т-26». В общем, с шлемофоном на голове, лицо закрыл тёмной тряпицей и так проник на территорию лагеря, по-пластунски.