— Старшину Савельева в штаб дивизии!
Прибрав всё, я собрался и побежал в нужную сторону. Штаб дивизии занял самое большое здание в селе, местную сельскую школу. Новое здание, из кирпича, как я узнал от местных, школу эту запустили в прошлом году. А там где она раньше была, теперь поселковый совет. Точнее был, наши там медсанбат развернули. Около здания стояла чёрная командирская «эмка» и «полуторка» у которой скучало несколько бойцов, причём с пяток были в комбинезонах танкистов и шлемофонах. Пробежав мимо, козырнув командирам, попал прямо в руки дежурного по штабу.
— Не торопился, — к моему возмущению сказал лейтенант-дежурный. — Комдив ждёт с гостями.
Тот завёл в класс, где кроме комдива моей дивизии и трёх штабных командиров, было ещё два командира, один полковой комиссар, звёзды на рукавах это подтверждали, второй интендант второго ранга.
— Савельев, тут приезжают ко мне представители танковой дивизии и говорят, что ты обещал им технику и даже танк, — с весёлой злостью сказал генерал.
— Наверное они что-то забористое курят, товарищ генерал, раз у них такие видения проскальзывают.
— Подождите, — заволновался интендант. — Ты старшина Савельев?
— Всё верно.
— Ротный старшина первой роты, первого батальона, Семьсот Девяносто Первого стрелкового полка?
— Тоже верно, товарищ интендант второго ранга.
— Это ты разговаривал с моим подчинённым, техник-интендантом первого ранга Клюевым?
— Не помню такого.
— Обещал лёгкий танк, два броневика, два грузовика, один с зениткой, санитарный автобус и полевую кухню.
— Товарищ интендант, вам бы поменьше на это дело налегать, — я звонко щёлкнул себя по шее. — А то вам и черти скоро мерещиться будут.
Генерал мой рассмеялся, а интендант покраснел лицом и воскликнул:
— Какого чёрта происходит⁈ — подойдя к окну, оно открыто было, тот кликнул Клюева. Значит, он был тут, у машин я его не заметил.
Вскоре в кабинет зашёл знакомый техник-интендант, с которым я пытался договориться. Тот вытянулся, а его начальник спросил:
— Это тот самый Савельев, что технику обещал? — причём спрашивал под мой презрительный хмык. Тоже мне, «обещал».
— Да, товарищ генерал, именно с ним мы и общались.
— Ну вот видишь, Савельев, ты опознан, — хмыкнул интендант.
Я же повернулся к этому Клюеву и спросил:
— Ты, дебил. Какого хрена в нашу схему своё командование включил? Эта сделка частная, ты мне — я тебе, а теперь можешь забыть, ничего ты не получишь. Только одно, приведу коня, с огромной елдой, и отсосёшь у него, больше ничего, понял? Был бы умнее, договорились, обменялись, ты бы всё передал дивизии, получив бонусы. Повышения и благодарности начальства. А теперь соси. Заслужил.
— И что, старшина, — сказал полковой комиссар, из танкистов. — И мне ничего не передашь?
— Табун на лугу большой, коней на всех хватит.
— Ну а мне, я так думаю, даже и спрашивать не стоит, — сказал мой комдив.
— Да, вам бы я коня покрупнее выбрал, товарищ генерал. Да после того как вы на меня наорали ни за что, звания лишили, пусть приказ я пока не видел, дивизия от меня ржавого гвоздя, и порченной тушёнки не получит. Роту держу в порядке, и то потому что это входит в мои служебные обязанности, я педант по характеру, а на остальное мне начхать.
— Что ж, ничуть не удивлён. Арестовать.
Последнее тот сказал начальнику штаба, а уже он, открыв дверь, вызвал конвой. С меня сняли ремень с кобурой, это был пистолет что вписан в командирскую книжицу, наследство от Сани, и когда меня выводили, услышал, как генерал обещал комиссару-танкисту:
— Если у него что есть, всё отдаст, мои ребята из любого выбьют признание…
Отвели меня в подвал, видимо тут заняли помещения особисты. А действительно, и прохладно, и толстые стены глушат звуки, дают отличные результаты. Было двое сотрудников Особого отдела, и пара бойцов покрепче, скорее всего из комендантского взвода, видел одного там. Так как им дали полной карт-бланш в моём отношении, то действовать они начали без предисловий. От первого удара, я еле-еле ушёл. Уф, все в хранилище, отряхнувшись, я сел за рабочий стол одного из особистов, в прошлом эта была школьная парта, чуть прибавил свет в керосинной лампе, другого источника света тут не было, и достав поднос со сладостью, всё же ужин прошёл, вот и пил чай, с куском бисквитного торта из Хельсинки. Как раз заканчивал, когда зашёл генерал, говоря:
— Что удалось выяс?..
На этом тот запнулся, увидев меня расслабленно сидевшего за столом. Вот так ленивым движением убрал стакан, а это фарфоровый большой чайный стакан, потом поднос с нарезанным тортом, под стол, а там уже незаметно в хранилище. Генерал меня несколько удивлённо изучал, потом осмотрелся и спросил: