— Подвести? Мы до развилки на Березовку едем.
— Да, по пути, подкиньте.
Пока же часть вооружения погрузили в обе машины, прицепили кухню, хотя для «полуторки» та тяжеловата, оставили охрану с Клюевым во главе, и всё, двинули прочь, впереди катили два мотоцикла. Нашлись среди бойцов те, кто ими управлять мог. Не удивительно, раз часть моторизованная. А на развилке меня не высадили, мне нужно было прямо, а колонна повернула налево, в сторону позиций дивизии, та тоже во втором эшелоне была. Ну да, тот убедился, что мои слова не расходятся с делом, кто же будет упускать подобный шанс иметь хорошего снабженца, а ведь половина дела в любой части, это хороший снабженец, и чем он лучший, тем часть сильнее, это тоже нужно признать. Кстати, что за дивизия я знал. Пока ещё малоизвестный полковник Катуков ею командует, который прославиться в битве за Москву. Моё возмущение проигнорировали, так что плюнул и дальше сидел, на заднем сиденье рядом с довольным интендантом. Кстати, пока передавал технику и познакомился с ним. Интендант второго ранка Ломакин он, и действительно является старшим снабженцем в дивизии Катукова. Тот как раз вернулся из Киева, выбивал хоть что-то для дивизии, когда Клюев принёс в клюве информацию обо мне и что я технику ему обещал. Да прям, обещал, врал он всё. Ну да ладно, посмотрим, что дальше будет. До дивизии не так и далеко было, за двадцать минут доехали, как раз стемнело окончательно. Машины быстро разгрузили, заправили, придали ещё три, и послали за оставшимся имуществом, а бронетехнику пока вводили в штат, я так понял в один из танковых полков. Их у дивизии два, и один мотострелковый. Меня же взяли под локоть, причём лично комиссар, и вёл тоже лично. Пока же тот велел меня покормить бойцам комендантского взвода, там третье отделение — это хозяйственники, показывал своё гостеприимство. Действительно тёплой кашей покормили, и чаем. А чего, я не отказывался. Комиссар общался с комдивом и начальником штаба дивизии, оба тут были, только что вернулись из штаба армии.
Когда меня пригласили в штабное помещение, дивизия расположилась в лесополосе, и тут рядом строения фермы, вот штаб в одном строении и устроился, Катуков, с интересом меня изучая, спросил:
— Что ты хочешь за танки?
— Вот так в лоб, товарищ полковник?
— Да, в лоб. Комиссар мой уже объяснил, как с такими как ты общаться. А у нас сам знаешь какое положение, такие ребята гибнут как простые стрелки.
— Ну, мне есть что вам предложить. Как насчёт шестидесяти четырёх танков «Т-двадцать восемь», с базы хранения? Они на консервации, если что, и никому не нужны. Я вам прямо скажу, про эту базу и эти танки просто забыли.
— Берём, — быстро сказал Катуков, молниеносно оценив предложение. — Так что ты хочешь?
— А что у вас есть? Не смотрите так, если бы я был снабженцем вашей дивизии, то это была бы моя работа и такой вопрос был бы не актуален, а если так подумать, то и безнравственен. Сейчас же я вообще левый человек, который к вашей дивизии и не относиться, и по сути вы сейчас предлагаете мне сделать гешефт. Я не еврей, но некоторые их принципы мне нравятся. Делай свою работу от и до, но и о себе не забывай.
— Кстати, — сказал начальник штаба дивизии подполковник Чухин. — Пока вы общаетесь, мне нужны ваши документы.
Глянув на протянутую руку, я медленно покачал головой, говоря:
— Документы я вам не дам. Дал уже один раз, и меня вдруг в снабженцы стрелковой дивизии оформлять стали. Я второй раз на это не попадусь. Я больше пользы принесу в службе снабжения целого мехкорпуса. Дивизия всё же для меня мелковата.
Комиссар чему-то хмыкнул, но слушал внимательно. Вообще в помещении нас было четверо.
— Допустим я хочу взять тебя к себе, в снабженцы, — медленно говоря, как будто оценивая каждое слово, сказал Катуков. — Что ты за это хочешь?
— Чин интенданта третьего ранга для начала. Ну и за то, что я передал, медаль «За Отвагу». Всё, даже большую часть, я сам захватил у немцев. На орден считаю это не тянет, но на медаль — легко.
— Есть место ПНШ в мотострелковый полк, — предложил Катуков, подумав.
— В принципе могу, но вам от меня тогда никакого толка не будет. У меня принципы, снабжаю полк, а у дивизии свои снабженцы и оставшиеся подразделения — это их проблемы.
— Да, это уже мне не подходит. Тогда в замы к Ломакину.
— Ну, в принципе можно, — задумался я, и встряхнувшись, кивнул, считай заинтересовали. — Ладно, про вашу дивизию и службу в ней чуть позже, начали мы с танков, а терять свой гешефт я не желаю.