Ждать пришлось долго. Ребята не сводили глаз с окон и дверей комендатуры. Положить и зажечь гранаты сейчас было рискованно. Нужно ждать, пока враги уснут.
И вот, примерно, в час ночи, открылась дверь, показался староста Роман Гердюк с двумя полицаями. Пошатываясь, они скрылись в темноте.
Илько от досады заскрипел зубами: злейший враг ушел из рук. Но приходилось мириться и с этим. В комендатуре оставались комендант — немецкий офицер, его помощник-немец, начальник полиции — немецкий холуй из местных, и караульный — тоже местный.
Наконец пьяные крики утихли.
Ребята осторожно, как кошки, забрались на чердак. Замотав гранаты в солому и положив их по углам, они подожгли крышу. Тут же проворно спустились на землю и, прячась за изгородь, поспешили к Михаилу Тимофеевичу. Когда они были уже далеко, в мертвой тишине ночи раздался взрыв, через секунду второй. Длинные языки пламени разрезали темноту ночи, и зарево пожара, как гигантская свеча, освещало все село. А минут через пятнадцать, когда в кладовую комендатуры, где хранились патроны, упали горящие бревна, раздался еще один взрыв.
— Как вы думаете, Михаил Тимофеевич, сдали мы экзамен? — спросил Михаил.
— Оценку нам дадут наши старшие друзья, к которым мы идем; полагаю, что оценка будет высокая, — ободряюще сказал Михаил Тимофеевич.
Комендатура сгорела дотла. Из груды пепла извлекли обуглившиеся трупы коменданта, его помощника и полицая. Караульный остался жив. Он успел выскочить из помещения, так как улегся спать в коридоре.
Связная партизанского соединения Татьяна Матузько, находившаяся в ту ночь в Малом Букрине, сообщила в штаб соединения о случившемся.
Партизаны недоумевали: кто мог совершить эту смелую диверсию? Взорвать комендатуру вместе с находящимися там немцами не так-то просто, эта операция требовала большой смелости и организованности.
Все выяснилось с прибытием в партизанский лагерь Михаила Тимофеевича, Илька и Михаила. Представ перед командиром партизанского соединения Иваном Кузьмичом Примаком и комиссаром Емельяном Демьяновичем Ломако, они подробно рассказали о своей длительной, упорной подготовке к вступлению в партизаны и о диверсии, которая была для них своеобразным экзаменом.
— Молодцы, партизаны! Экзамен сдан на «отлично», — с улыбкой похвалил Ломако.
— Служим трудовому народу! — в один голос, по-военному ответили все трое.
По распоряжению командира соединения Михаил Тимофеевич был оставлен при штабе, а Илько и Михаил переданы в отряд Болатова.
Там они были определены в группу разведчиков. Вскоре Илько стал заместителем командира группы разведчиков из двенадцати юных бойцов. Старшему из них, командиру группы Ивану Гаману, было девятнадцать лет, а самому младшему — заместителю командира Илько Витряку — пятнадцать.
В отряде группу разведчиков прозвали «Группой малых». И это прозвание закрепилось за ними твердо. Даже в официальных распоряжениях именовали их «Группой малых».
Все двенадцать юных бойцов были смелыми, мужественными, бесстрашными. В любую минуту они готовы были выполнить самое трудное задание командования.
Илько с большой серьезностью отнесся к своему назначению заместителем группы разведчиков, быстро усвоил законы и обычаи партизан, ходил по-военному подтянутый, хлопотливый и ни на минуту не расставался с оружием — своим обрезом.
ПЕРВАЯ РАЗВЕДКА
Как-то вечером, по заданию командира соединения товарища Примака, командир отряда Болатов вызвал к себе в землянку Ивана Гамана и Илька.
— Вот, ребята, есть одно серьезное задание, — обратился он к ним. — Нам стало известно, что пристани Ходорово и Ржищево готовятся к приему больших запасов зерна. Нужно разведать движение барж с хлебом и силу охранных частей. Требуется отрядить на эту работу двух человек по вашему усмотрению.
— Задание будет выполнено, товарищ командир, — ответил Иван Гаман.
— Разрешите это задание выполнить нам с Гаманом? — обратился к командиру Илько.
— Не возражаю, — ответил командир.
Илько вышел из землянки чуть не прыгая от радости.
— Иван, почему ты не сказал командиру сразу, что первое задание мы договорились выполнить с тобой вдвоем? — укоризненно сказал Илько. — И так уж засиделись. Мне хочется работать, а не гулять по лесу!
— Я и так решил, что мы с тобой вдвоем пойдем в эту разведку, — ответил Иван Гаман. — Ты думаешь, у меня мысли другие?