Давыдов не выдал разочарования, хотя хрустальный звон разбивающейся вдребезги мечты звучал в ушах и рвался наружу каким-нибудь резким словом. Напротив, он напустил на себя как можно большую почтительность - единственное средство младшего по званию выразить негодования действиями старшего.
Но, слава Богу, всё оказалось не столь печально, как виделось по началу. Светлейший взял лежавшую на столе указку и обвёл большой овал на разложенной карте.
- Будете иметь базирование в этом городе. Да два эскадрона гусар специального назначения и казачью полусотню. Больше, увы, не могу, вы не один такой. Не делайте удивлённое лицо, юноша, партизанская война известна со времён Батыева нашествия, и нелепо думать, что мы не воспользуемся сей проверенной веками тактикой. Вам понятно?
- Так точно, Ваша Светлость! - во рту у Дениса Васильевича пересохло от нечаянной радости, и слова давались с трудом. - Но вот только...
- Что-то смущает?
- Янов находится в такой глуши, что французы вряд ли туда сунутся. Кругом леса и болота и... и всё.
- Тем лучше. Или вы собираетесь всю кампанию просидеть в ожидании супостата, которого потребно встретить нерушимой стеной обороны стальной? Нет. Господин капитан-лейтенант, под вашу ответственность отдаётся дорога от Кобрина до Пинска.
- Так это же без малого триста вёрст! - непочтительно перебил воодушевлённый открывшимися перспективами Денис Васильевич.
- Именно! - подтвердил Кутузов. - И если по этому пути к Наполеону проскочит хоть одна телега с провиантом, я буду лично ходатайствовать перед государем-императором об образовании Камчатской военной флотилии во главе с неким прытким пароходным офицером. Надеюсь, понятно изъясняюсь?
- Так точно! - выпалил Давыдов. В уме уже прикидывающий направление ударов.
- Да, и ещё, - строгий голос фельдмаршала сбил восторженность мыслей. - Будете держать связь с дивизией генерал-майора Тучкова, и соотносить свои действия в соответствии с их планами. А то не хватало на одну телегу с двух сторон нападать - перестреляете ведь друг друга, энтузиасты.
Последние слова Светлейший произнёс с непонятным выражением, и было непонятно, одобряет ли он сей термин, или высказывается уничижительно.
- Да, но где же искать Красную Гвардию?
- Они вас сами найдут, не беспокойтесь, - главнокомандующий достал из стола запечатанный конверт, вскрыл, исправил что-то, ещё одну строчку дописал, и протянул бумагу Давыдову. - Вот приказ, можете ознакомиться.
- Долго ещё, Михаил Касьянович?
Вообще-то вопрос командира отряда предназначался не младшему лейтенанту Нечихаеву, а проводнику. Но тот изъяснялся на дичайшей смеси из польских, русских, малороссийских, нескольких немецких и прочих слов, видимо сохранившихся с глубокой древности, и капитан-лейтенант его не понимал. Здесь в каждой вёске своё наречие, причём местные жители разговаривают друг с другом без каких-либо проблем, но постороннему человеку приходится трудно. А Нечихаев или не человек, или не посторонний, но языковых проблем не испытывает, и потому назначен в дополнение к командованию первым эскадроном ответственным за разговоры с хмурым и нелюдимым полещуком. Именно так называют себя жители здешних болотистых лесов, отказываясь признавать родство с литвинами, ляхами и расположенными чуть южнее волынцами.
- К вечеру будем, Денис Васильевич! - откликнулся юный гусар и добавил со странной для его лет рассудительностью. - Надо бы разведку выслать.
- Казаков? - Давыдов оглянулся на растянувшихся по дороге донцов. - А они в лесу как?
- В каком смысле?
- Ну здесь же не степь.
- Есть какая-то разница? Лес - это та же степь, только заросшая деревьями, - Нечихаев приподнялся на стременах и крикнул. - Урядник!
- Здесь, вашбродь! - откликнулся здоровенный казачина с роскошной чёрной бородой самого разбойничьего вида. И дал коню шенкелей, принуждая догнать едущих впереди офицеров. - Звали, Михаил Касьянович?
Было заметно, что прозвучавшее в голосе уважение отнюдь не наигранное, а идёт от души. Интересно, что могло заставить пожилого, почти сорокалетнего урядника, так относиться к юному гусару? У самого на груди два креста да четыре медали, а тот едва ли шестнадцатый год разменял. Что в этом возрасте можно увидеть кроме Суворовского училища? Только оттуда сержантами выходят, а не младшими лейтенантами. Загадка... Вроде не старые времена, когда в гвардию при рождении капралами записывали, сейчас, слава Богу, такого нет. Или есть? Непонятно... И уже командир эскадрона, в котором половина подчиненных ему в отцы годится. Дело ясное, что дело тёмное.