- Раст, когда ты наберешь столько денег, что сможешь мне все вернуть, ты.., мне придется уйти? - Не дыша, боясь моргнуть, она ждала ответа.
Он резко выпустил ее из рук, отступил в сторону и уставился в землю. Теперь шляпа скрывала его лицо, она видела только твердую линию подбородка.
Без него руки сразу озябли, как и все тело, зубы выстукивали дробь. Мелькнула мысль: как холодно в мире, когда ты один, и как тепло, когда есть кого любить.
Она его плохо видела, маячила какая-то загадочная тень, но она чувствовала исходящее от него напряжение.
- Когда ты приехала, признаю, я работал день и ночь, чтобы ранчо осталось в моих руках, - сказал он. - Но прошло время, и все изменилось. -Он остановился и скосил на нее глаза.
- Изменилось? - эхом повторила она. Она предчувствовала, что следующие его слова будут невероятно важны. Что бы он ни сказал, это круто изменит ее жизнь.
- Не понимаешь? - Он глубоко вздохнул. - Конечно, нет. Знаю, я не очень-то проявляю свои чувства, но когда я увидел, что ты забрала вещи и уехала, то чуть с ума не сошел. Подумал - вдруг никогда больше тебя не увижу? Меня охватила паника. Я должен был тебя найти. Должен был.
Налетел резкий порыв ветра, и Раст на миг прервал речь, чтобы нахлобучить шляпу поглубже. Он собрался с духом и посмотрел ей в лицо.
- Я обязан выплатить тебе всю сумму, как бы велика она ни была. Вот для чего я работал чтобы выкупить твою долю и после этого прийти к тебе. Только поэтому я рассматривал вариант Ар Джи. Как я могу делать тебе предложение, если должен тебе? У тебя на всю жизнь останутся сомнения, почему я на тебе женился. Я не могу позволить, чтобы моя жена в этом сомневалась.
У нее вырвался слабый стон.
- Теперь понимаешь? Банковский счет рос медленно, я удвоил старания. Ради тебя, Люси. Я делал это, чтобы тебя удержать. А ты захотела сбежать, уехать в большой город, бросить меня и Стрекозу. - Он посмотрел на свои мозолистые руки, лицо его окаменело. - Я пока не могу все выплатить. Но если ты согласишься, клянусь, я это сделаю. Буду работать пуще прежнего, вот увидишь.
У Люси стоял такой шум в ушах, что она была не в силах заговорить. Закружилась голова; она заметила, что забыла дышать, и судорожно вдохнула воздух. В голове начало проясняться. Всей душой она стремилась ответить Расту на его вопрос.
- Раст, - прошептала она, сделала шаг вперед и тронула его за руку, Раст, я люблю тебя. Разве ты не знаешь? Я всегда тебя любила.
Мужчина, ее мужчина, закрыл глаза - казалось, что он молится. Ресницы черными полукружиями легли на щеки. Никогда еще он не был таким красивым, таким желанным.
Сильные руки жарко сомкнулись, и ей опять стало тепло. Так тепло не было никогда в жизни. Он уткнулся лицом в ее шею и что-то бормотал, и, не слыша слов, она женским сердцем понимала, что он говорит. Люси почувствовала, что губы расползаются в улыбке, а слезы заливают глаза. Она обняла его и засмеялась от радости.
- Ты моя, - бормотал он, осыпая жгучими поцелуями шею, уши, щеки, лоб. Моя. Ты никуда не уйдешь. Не пущу. Ты же мой партнер, черт побери. - Он отстранился. - Я не Кеннет, Люси. Я не буду тебя запугивать. Я и не смог бы. Но буду любить тебя каждый день своей жизни. Я люблю тебя, женщина, поняла?
Ласково коснувшись его щеки, она улыбнулась, глядя ему в глаза. Трудно было поверить, что сбывается мечта.
- Поняла.
- Можешь делать свое выставочное ранчо, я не стану возражать. Мне все равно. Я только хочу...
- Нет, - сказала она. - Никаких выставочных ранчо. Я поняла, что это для тебя значит - когда чужаки повсюду рыскают и все портят.
Он скривил губы в улыбке.
- На женщину не угодишь. Я даю тебе то, что ты хочешь.
- Ты даешь мне себя? - поддразнила она. Он хохотнул.
- И себя в придачу. Может, пойдем на компромисс? Пусть у нас живут двое-трое? Может, пусть это будет место для женщин, которых сломал кто-то вроде Кеннета? Мы можем предоставить им место, где они могли бы пожить в безопасности, подумать. Ты говорила, тебе это помогло. Они не нарушат нормальный ход жизни на ранчо. - Следующие свои слова он старательно обдумал. -Отец всегда говорил нам, чтобы мы держали землю в чистоте и сохраняли обособленность ранчо. Он был жестким человеком, но умел сочувствовать. Будь он жив, то не возражал бы.
- Да, - протянула она, - это замечательная идея. Фантастика! Наверное, моя изначальная позиция была слишком.., грандиозна. Я не мечтала помогать обиженным женщинам, но это правильная мысль. Можно обучать их, как распоряжаться своей жизнью. - Она воодушевилась; ей открылся новый мир только небо Невады и мириады звезд были его пределами.
- Так как? - Раст сжал ее плечи. Она озадаченно посмотрела на него.
- Согласна? - спросил он, и она уловила в его голосе нотку отчаяния. До нее не сразу дошло, о чем он спрашивает. Сердцем, наполненным любовью, Люси поняла, что этот грубоватый ковбой делает ей предложение так, как умеет.
С восторженным бесстыдством она закинула руки ему на шею, пригнула голову к себе для поцелуя.
- Согласна, - прошептала она.
ЭПИЛОГ
На свадьбу Люси надела длинное кружевное платье в стиле вестерн и высокие ковбойские ботинки с фестонами.
До этого они с Растом несколько недель спорили, где проводить свадьбу. Он хотел снять официальный зал в Рено, она хотела венчаться прямо на ранчо. В качестве компромисса - больше со стороны Раста - решили перетащить к себе Лавлок. Столы, стулья, палатки, огромный арочный бельведер, украшенный розами и зеленью, привез улыбающийся владелец отеля. Он притащил даже нагреватели, чтобы каждый мог подойти и погреться в сырой зимний день. Все разместили на газоне, который Люси самолично подстригла вчера.
Возле молодых стояли свидетели - Фрици и Гаррис, который в честь такого события подстриг свои усы. Беатриса, ковбои и владельцы ранчо со всей округи пришли засвидетельствовать свое почтение. Оркестр из четырех музыкантов наигрывал нежные мелодии, а потом грянул ковбойскую версию свадебного марша.
Стоя перед священником, Люси держала на руках Стрекозу; Раст, в черном смокинге, бабочке и сапогах, положил руку ей на спину и не отходил ни на шаг. Он улыбался ей тепло и интимно; никогда еще она не чувствовала себя такой желанной и любимой.
После церемонии Люси передала Стрекозу Фрици. Они с Растом уже начали процедуру удочерения, и адвокат заверил, что мать ребенка только рада избавиться от родительских прав.
В качестве супругов Раст и Люси в течение часа приветствовали гостей, а потом уединились в углу палатки.
- Я люблю тебя, - шепнула она.
- Я люблю тебя еще больше, - прошептал он в ответ. - Как подумаю, что мог тебя потерять, умираю от страха. Что бы я без тебя делал?
Люси тихонько погладила его по щеке.
- Об этом даже не гадай. - Боковым зрением она увидела, что Беатриса и Гаррис отошли в сторонку, и невольно прислушалась.
- Что же вы так редко заглядываете в мое кафе? - спросила Беатриса. Женщина окинула старшего мастера испытующим взглядом с головы до ног.
Гаррис встрепенулся.
- Я же не думал, что вы заинтересуетесь. Может быть, теперь буду заезжать чаще.
- Заинтересуюсь?! - накинулась она. - Как женщина может разглядеть, какой вы красавец, если у вас все лицо покрыто волосами? Интересно посмотреть, во что вас превратит хороший парикмахер. - Она протянула руку и поправила ему воротничок. - Знаете, Гаррис, вам нужна хозяйка.
- Верно, мисс Беатриса, - воодушевленно согласился Гаррис. - И если вам это будет приятно, я побреюсь.
Прирожденная кокетка, Беатриса улыбнулась.
- Приходите утром завтракать. Он поперхнулся, не веря в удачу.
- На рассвете подойдет?
Раст и Люси расхохотались. К счастью, Беатриса и Гаррис, поглощенные собой, этого не заметили.
Люси повернулась в сильных руках мужа. Он устремил на нее теплые, мерцающие янтарем глаза. Наконец-то, подумала женщина с радостным удивлением, наконец-то она обрела тихую пристань.