— Что это с ним?! — послышался недоумённый голос Диего из ноутбука.
Парни начали перешептываться, пока я старался успокоиться. Получалось хреново.
— Отвечу твоим коронным: «Не обостряй». Ему тяжело сейчас, — ответил ему Дэвид.
— Оливер, ты не один. Нас, как минимум, пятнадцать человек, которые ждут тебя здесь. Пятнадцать, чёрт возьми! Это я ещё не посчитал наших Бивиса и Баттхеда с Рикки Мартином. Среди этих ждунов есть одна девушка, которая блистает только рядом с тобой. Помнишь, как я танцевал с ней в баре, провоцируя тебя? Ты же всё видел. И то, как она боялась. И то, как сопротивлялась. И то, как смотрела на тебя, ожидая твоей реакции. Собственно, я на это и рассчитывал. И ты не подкачал. Она девочка и имеет право бояться неизвестности. Она по-прежнему твоя и в глубине души ты точно знаешь это, — говорил Майкл, пока я вытирал текущие слёзы, слушая его вдохновляющую речь. — И, кстати, через слёзы мы освобождаемся и обновляемся. Поэтому выпусти из себя уже всё дерьмо и возвращайся к нам. Поддержка тебе обеспечена. У Тайлера там ещё куча тузов в рукаве, не вынуждай его их применять против твоей воли. Проще согласиться, поверь мне.
Я покачал головой, слушая его. Всё тело пылало, ладони вспотели. Я реально сорвался, не выдержав внутреннего напряжения. Я понимал, что рано или поздно это произойдёт, потому что ходил как натянутая струна, но не думал, что сломаюсь на глазах парней. Не знаю освобождался ли я сейчас, но очень хотелось бы в это верить.
Верить хоть во что-то.
— Я понимаю, что ты чувствуешь сейчас, — подключился Дэвид. — Я сам потерял маму, когда мне было тринадцать. Она умерла на моих руках. И поверь мне, я долго страдал, перекроив свою жизнь так, что в итоге спустя несколько лет охренел от действительности. Только вот я наказывал себя, а тебе не за что винить себя. Не делай как я. Не позволяй самому себе зайти в тупик, а он неизбежен, если ты сейчас закроешься от нас и будешь страдать в одиночку. Если бы не друзья, я бы свихнулся. С их шутками, подколами, советами я справился. И ты справишься. Время поможет тебе пережить потерю, а близкие люди подставят своё плечо. Даже когда ты откажешься принимать помощь, мы её тебе насильно затолкаем.
Ты справишься.
Эти слова мне сказал Нэйт перед вылетом сюда. Только тогда я думал, что потерял одну любимую женщину, а не сразу обеих. Поэтому я не был уверен, что мне по силам в ближайшее время вернуться в строй и расточать позитив.
— Оливер, посмотри на нас, — вновь раздался голос Диего. На этот раз он прозвучал взволнованно.
Как я мог сейчас посмотреть им в глаза, если рыдал как девчонка. У меня даже нет сил встать и уйти, чтобы меня никто не видел. Тело словно парализовано, но внутри меня кипит боль и отчаяние. Да я в жизни не позволял себе прослезиться на людях, не говоря уже на глазах компании парней.
— Не дёргай его, — предостерёг Тайлер, параллельно, как мне послышалось, что-то печатая на клавиатуре. Однако это не мешало ему продолжить говорить: — Оливер, хочешь одну историю расскажу? — обратился он ко мне. Я молчал. — Сделаем вид, что ты сейчас кивнул. Короче, уж не знаю какого ты мнения обо мне. Обычно я в глазах людей супер уравновешенный и практически непробиваемый, но я не так давно всплакнул, — спокойно продолжил он. Тут же послышалось чьё-то покашливание и мой телефон вновь подал сигнал, что пришло сообщение, но я не двигался. — Знаешь почему? Потому что лежал и смотрел на свою спящую жену, а в голову закрылись мысли: «А если бы она не рискнула? Если бы она продолжала бояться перейти из френдзоны в нечто большее? Если бы она так и не догнала, кто я для неё». От этого мне стало не по себе, но глядя на её прекрасное лицо, испытал благодарность и тихую радость, что слёзы сами полились. Представляешь, лежал и глотал их, как тринадцатилетний подросток от неразделенной любви. Ты, конечно, можешь подумать, что я сейчас специально придумал эту хрень, но это не так. В жизни каждого из нас наступают моменты, когда мы даём волю чувствам. И это нормально.
Повисла гробовая тишина, которую нарушали только продолжающиеся щелчки клавиатуры. Следом на мой телефон опять что-то пришло. Но мне было по хрен.
Слушая Тайлера, невольно представил себе эту картину. Честно говоря, моё обычно богатое воображение, отказывалось рисовать картину, где этот шкаф рыдал. Однако приятно, конечно, что парни пытались поддержать меня, чего уж греха таить.