Со мной он поздоровался за руку, крепко пожав её, и представил мне своих подчинённых: полковников Сазонова и Сидорова. Оба были с головами, бритыми наголо, и в форме без каких-либо наград. Типичные чекисты, которых сразу узнаёшь по особой выправке и непроницаемым лицам.
Без фанфар, совершенно буднично я заколотил стальной колышек в том месте, где будет собрана форма для первой основной панели с двумя окнами на фасаде. Кувалда тяжело ударила по металлу, и колышек вошёл в землю.
Эту панель я выбрал по одной простой причине. Я хорошо знаю эту серию панелек, третью из так называемых «хрущёвок». Сергей Михайлович построил их несколько десятков и считал очень качественными, надёжными, проверенными временем. Одним из самых важных достоинств этих домов является возможность их модернизации в процессе эксплуатации. Можно перепланировать квартиры, улучшить теплоизоляцию, заменить коммуникации.
Закончив заколачивать символический колышек, я отдал кувалду подошедшему рабочему и, обернувшись к ожидавшим моего сигнала строю рабочих во главе с Ильей Борисовичем, взмахнул рукой, дав символический старт началу строительства завода. Раздались аплодисменты, кто-то крикнул «Ура!».
Первым ко мне подошёл Виктор Семёнович и с очень довольным видом протянул мне руку.
— Поздравляю, Георгий Васильевич, — сказал он тепло, крепко пожимая мою ладонь. — Можно сказать, это первое подведение итогов твоей успешной работы в Сталинграде. Даже не верится, что за каких-то три недели удалось сделать такое грандиозное дело. И это целиком твоя заслуга, не преуменьшай своего вклада.
Поздравив меня, городское и областное начальство быстро разъехались. У них было множество других неотложных дел, требующих внимания. Последними ко мне подошли генерал Косякин и комиссар Воронин. Чекисты немного задержались, о чём-то негромко беседовали с Ильёй Борисовичем, но через полчаса заводскую площадку покинули и они.
У меня вместе с чувством радости было какое-то внутреннее опустошение. Я, конечно, был безумно рад, что наконец-то удалось начать главное дело: строительство завода по производству крупных панелей. Но только сейчас пришло осознание огромности всего сделанного. Масштаб начинания внезапно стал понятен во всей полноте.
В нескольких сотнях километров западнее Сталинграда ещё идёт страшная война, которая по-прежнему требует напряжения всех сил страны для окончательного перелома хода боевых действий в свою пользу. И в это время нам удалось начать внедрение новой, по-настоящему революционной технологии строительства доступного массового жилья. Это на самом деле какая-то фантастика, почти невероятное совпадение обстоятельств.
Несколько дней без сна и отдыха мы обучали рабочих совершенно новому, непривычному делу. И сейчас я видел результат нашей работы, все знают и понимают, что и как делать. Движения бригад были слаженными, каждый знал свою задачу.
Поздно вечером мы с Андреем возвращались из партийного дома в наш Блиндажный посёлок, где не были почти целую неделю. Конечно, сказать, что за эти семь дней наша нога туда не ступала, нельзя. Но ночевать приходилось или в кабинете треста, или в лучшем случае в партийном доме, урывая по несколько часов сна между совещаниями и проверками.
И вот теперь, после позднего доклада товарищу Андрееву, можно позволить себе вернуться домой, в наш Блиндажный посёлок, где нас ждёт баня и поздний ужин, который для нас приготовил Василий. Мысль о горячей бане и домашней еде была необыкновенно притягательной после недели напряжённейшей работы.
Это я знал абсолютно точно, так как накануне поездки с отчётом мы виделись с нашим Иваном Петровичем, с которым и передали, что сегодня приедем домой. Он обещал всё организовать, как надо.
На нашей видавшей виды «эмке» особо не разгонишься. Андрей, конечно, молодец и каждый день что-то с ней делает, подкручивает, регулирует, но всё равно пока она скоростными качествами не отличается. Меня это, надо сказать, совершенно не огорчало. Я ехал, погружённый в свои думы, и, вспомнив слова Виктора Семёновича, мысленно подводил первые итоги своей деятельности в Сталинграде.
Конечно, начало строительства экспериментального завода панельного домостроения, это большой глобальный успех, который возможно имеет большое государственное значение. Но через год или даже два, не раньше. Надо быть реалистом и понимать, что быстрой отдачи от воплощения этой идеи в жизнь не будет. Технология должна быть отработана, кадры обучены, производство налажено.