— Бортмеханик, запускай.
Сначала запускается левый мотор, мне это хорошо видно, винт начинает медленно проворачиваться, затем набирает обороты, а потом и правый. Звук нарастает, салон наполняется ровным гулом работающих двигателей.
Кто-то стоит слева впереди, мне его хорошо видно. Вероятно, это один из выпускающих техников, который контролирует процесс запуска. Слегка «прокашлявшись» и выпустив клубы светлого дыма при запуске, через минуту моторы нашего Ли-2 уже устойчиво работают на малом газу.
Несколько минут идет прогрев двигателей. Но вот выпускающий техник уходит, отдает какой-то знак рукой, и тут же экипаж запрашивает разрешение выруливать на ВПП. Разрешение получено, увеличивается режим двигателям, и наш Ли-2, поскрипывая тормозами и слегка покачиваясь на неровностях, медленно и важно рулит к взлетной полосе.
Мы взлетаем с аэродрома Гумрак. Его бетонная ВПП была построена в начале сорок второго, потом на нем что-то делали немцы в надежде использовать его для создания воздушного моста после своего окружения. На нем, кстати, одно время был штаб Паулюса.
Наши разнесли его почти в хлам во время боев, но восстановительные работы начались сразу же после капитуляции, и хотя до окончания работ еще далеко, непосредственно сама ВПП уже используется, особенно после сильных дождей, когда с грунтовых полос становится практически невозможно взлетать. А накануне, как раз, прошли сильные весенние ливни.
Рулежка еще очень короткая. Левым разворотом самолет выруливает на полосу и останавливается на осевой линии. Из кабины тут же раздается:
— Стопорю хвостовое колесо, — затем звучит команда. — Бортмеханик поочередно увеличить режим обоих двигателей, проверить работу на повышенных оборотах.
Самолет дрожит, напрягается, готовый сорваться с места.
Команды, конечно, отдает командир, а через какое-то время бортмеханик докладывает:
— Товарищ командир, всё нормально, параметры работающих двигателей в норме.
Дверь в кабину закрывается. Слышен звук отпускаемых тормозов, самолет начинает движение, двигатели начинают рокотать всё громче, и наш Ли-2, ощутимо приподняв хвост, бежит уже на двух колесах основного шасси, неуклонно набирая скорость. Бетонная полоса мелькает под нами всё быстрее, самолет трясет на стыках плит. Наконец, смягченные амортизаторами шасси толчки колес о стыки ВПП прекратились.
Мы в воздухе, это хорошо видно в иллюминатор. Земля начинает удаляться, разрушенный Сталинград расстилается внизу, и мы плавно начинаем набор высоты. Самолет делает плавный разворот, ложась на курс Москвы.
Глава 2
Совершенно неожиданно выполнение зарубежной части поручения товарища Сталина о получении патента на протез, изобретённый молодым инструктором сталинградского горкома партии, оказалось не просто выполнимым, а даже на удивление легко реализуемым. Никто из тех, кто готовил эту операцию, не предполагал такого развития событий.
С советскими представителями, которым было поручено заниматься этим делом, почти сразу же по их прибытию в Вашингтон и Лондон связались очень влиятельные и серьёзные господа. Эти люди занимали высокие посты в деловых и финансовых кругах, имели прямой доступ к тем, кто действительно принимает решения в этих странах. Они внимательно выслушали предложения Москвы, и заверили, что быстро их изучат.
Реально сейчас в США и Великобритании количество людей, нуждающихся в этом конкретном медицинском изделии, не так уж и велико, особенно по сравнению с тем, что творится в континентальной Европе и на Востоке. В Америке может быть несколько десятков тысяч таких несчастных, если считать не одних только военных, а абсолютно всё население страны, включая гражданских инвалидов, пострадавших в производственных авариях, автомобильных катастрофах и по другим причинам. В Великобритании, естественно, значительно меньше. Британские острова просто не могут иметь таких цифр, как континентальная держава с заметно большим населением. К концу войны эти показатели, конечно, значительно подрастут, когда домой вернутся те, кто сейчас сражается в Северной Африке и Италии, в небе над Германией, на морских просторах Атлантики и Тихого океана. Но даже тогда это не идёт ни в какое сравнение с Советским Союзом и тем ужасом, с чем уже столкнулись страны Оси, особенно Германия, где счёт инвалидов войны уже идёт на сотни тысяч.
Но война, какой бы страшной и разрушительной она ни была, не вечна. Рано или поздно этот ужас закончится, и уже пора готовиться к так называемому послевоенному времени, к периоду восстановления и нового передела мира. Тот, кто этого не делает сейчас, кто живёт только сегодняшним днём, обречён на отставание и неизбежное поражение в следующей войне, которая когда-то станет неизбежной. И она опять будет глобальной, очередной кровавой попыткой какой-то державы или коалиции стран покорить весь мир, установить своё господство над планетой. История человечества не знает примеров, когда бы такие масштабные конфликты не повторялись через определённые промежутки времени.