Однозначно нужны будут новые мощные водозаборы на Волге, современные насосные станции, очистные сооружения для забранной воды и большие резервуары уже чистой воды. Магистральные водоводы надо будет прокладывать заново, причём уже с расчётом на новые районы города, которые ещё только планируются.
С канализацией всё сложнее технически и гораздо дороже по затратам. Нужны будут новые главные коллекторы большого диаметра и современные очистные сооружения, отвечающие всем требованиям.
С системами центрального отопления сразу же решили не заморачиваться: нельзя объять необъятное, ресурсов не хватит. Пока город будет жить на старом добром печном отоплении. В жилых помещениях везде устанавливаются печки: сначала типа «буржуйка», которых в Сталинграде оказалось достаточно много после окончания боёв, трофейные, брошенные, и наши. Но затем начали складывать кирпичные печи, более основательные. Часто они были тоже временными, безбожно дымили и плохо грели помещение. Дым из них выводился наружу через уцелевшие дымоходные каналы или через сооружённые заново из подручных материалов.
Сразу же после окончания боёв, ещё до моего появления здесь, в город приехала комплексная экспедиция Академии архитектуры СССР. Вместе с ней прибыли специалисты Государственного института проектирования городов Гипрогора, основного проектного института страны, занимающегося градостроительством. А также представители ещё других, менее значимых, но тоже важных институтов. Руководил всей этой экспедицией академик Лев Владимирович Руднев, известный архитектор, которому лично товарищ Сталин поручил это ответственное дело.
Его план работы был чётким и логичным: 1943–1944 годы — тщательное обследование руин, анализ рельефа местности и перспектив роста города; 1945 год — утверждение генерального плана восстановления и развития Сталинграда на государственном уровне.
К началу лета нынешнего сорок третьего они с помощью военных топографов сделали подробную топографическую съёмку руин всего города. Начали глубокий анализ геологии территории, в первую очередь оползневых склонов правого берега Волги, которые всегда были проблемой. Провели оценку розы ветров и санитарных условий для правильного размещения промышленности. И, что важно, провели полную инвентаризацию уцелевших зданий, которые можно сохранить.
Первый и последний пункт для меня самые важные в их работе. Наша активная восстановительная деятельность уже заставила товарищей академиков немного быстрее работать и оперативнее реагировать. А самое главное, начать консультироваться с нашими местными немногочисленными архитекторами, которые знают город не по бумагам.
Я знаю из их предварительных материалов, что уже предлагается не восстанавливать довоенную тесную квартальную сетку старого Царицына, а сохранить лишь отдельные архитектурные доминанты. По сути дела, однозначно только некоторые заводские корпуса, имеющие историческую ценность.
Скорее всего победит линейная модель развития города вдоль Волги, которая соответствовала историческому развитию Царицына-Сталинграда, учитывала размещение крупных заводов и позволяла максимально раскрыть город к Волге.
Мы уже вносим свои, и очень значимые, корректировки в ещё разрабатываемый генеральный план города. Разработчики из Москвы предполагают полный отказ от старой плотной застройки дореволюционного периода. И, в отличие от тесного Царицына, серьёзное уменьшение этажной плотности застройки. Они хотят увеличить расстояния между домами для лучшей инсоляции и проветривания. И обязательное введение широких зелёных зон и бульваров по всему городу.
Против последних двух пунктов я категорически не возражаю — это правильно и современно. А вот старая плотная застройка частично обязательно сохранится в заводских районах. Там мы предполагаем для скорейшего решения острой жилищной проблемы строить новые панельные дома на уцелевших прочных фундаментах. И, конечно, нас совершенно не устраивает их идея уменьшения этажной плотности. Товарищи академики, в прочем, даже не предполагают, что совсем скоро города начнут активно расти ввысь, а не вширь.
Я твёрдо рассчитываю, что наша практическая деятельность значительно ускорит разработку генплана. И утверждён он будет не в сорок пятом, а в будущем сорок четвёртом году. И установленные московскими институтами сроки разработки перспективного плана создания коммунальных сетей тоже льют воду на мою мельницу: чем раньше, тем лучше.