У меня от этой неожиданной новости даже болезненно заныло что-то глубоко в груди. Ведь именно МИСИ имени В. В. Куйбышева был родным институтом, alma mater Сергея Михайловича.
Меня там ожидают для первого предварительного собеседования пятого августа ровно в двенадцать ноль-ноль часов утра по московскому времени. По возможности, конечно, учитывая какое сейчас непростое военное время и специфический род моих занятий по восстановлению Сталинграда. В случае объективной невозможности прибыть именно пятого августа, меня просили обязательно известить об этом ректорат института.
Никаких предстоящих собеседований с московскими профессорами я совершенно не боялся и чувствовал себя вполне уверенно.
Анна Николаевна сумела снабдить меня всеми необходимыми учебниками из своей библиотеки. Оказывается уже во время войны из механического института часть библиотечного фонда успели передать в городскую библиотеку и она сумела эти книги и пособия спасти.
Но самым главным для меня было совсем другое обстоятельство. Сергей Михайлович в своё время был единственным студентом на всём своём курсе, кому «за выдающиеся успехи в освоении вышеперечисленных дисциплин» автоматом, без сдачи итоговых экзаменов, были поставлены оценки «отлично» по всем этим предметам. Именно так было написано в специальном приказе ректора института по этому поводу.
Поэтому я, позанимавшись около недели, без особых проблем полностью восстановил в памяти все необходимые знания по этим дисциплинам. Как раз накануне Константин Алексеевич Соколов, декан нашего строительного факультета и по совместительству заведующий именно такой профильной кафедрой, специально пособеседовал меня и авторитетно заявил, что я готов на все сто процентов.
Буквально сразу же после того, как я положил телефонную трубку после разговора с Сорокиным, раздался следующий звонок. Это оказался товарищ Курочкин, заведующий городским отделом народного образования. Вежливо поздоровавшись со мной, он осторожно спросил:
— Георгий Васильевич, я случайно услышал, что вы сегодня вечером летите самолётом в Москву. Можно вас попросить об одном небольшом одолжении, если это не затруднит вас?
— Конечно можно, Григорий Андреевич, — сразу же ответил я, не задумываясь. — Чем могу быть полезен?
— Видите ли, нам крайне необходимо срочно доставить в Наркомат просвещения списки наших курсантов ускоренных педагогических курсов. Это очень важный документ. Если мы не успеем представить их в ближайший день-два, то нам вряд ли удастся официально привлечь такое значительное их количество к полноценной работе с детьми в школах. И тогда у нас опять в течение почти целого учебного года будет острейший дефицит учителей младших классов во всех школах города.
— Хорошо, Григорий Андреевич, помогу обязательно, — согласился я. — Я сейчас немедленно узнаю, насколько реально мне попасть в Москву именно к завтрашнему утру. Сами прекрасно понимаете, это зависит совершенно не от меня, а исключительно от наличия ночного спецрейса в Москву. И как только точно узнаю о возможности вылета, сразу же вам позвоню и сообщу.
— Спасибо вам огромное, Георгий Васильевич, — с явным облегчением произнёс Курочкин. — Мы тогда заранее правильно оформим для нашего товарища абсолютно все положенные по инструкции документы: служебные доверенности, командировочное удостоверение и всё остальное необходимое.
— Конечно оформляйте всё как положено, — подтвердил я.
Я сразу же после этого разговора позвонил Виктору Семеновичу.
— Виктор Семёнович, мне необходимо завтра ровно к десяти часам утра быть в Москве, в МИСИ, для важного собеседования за второй курс института, — изложил я суть проблемы. — Узнайте, пожалуйста, есть ли сегодня ночью самолёт до Москвы. И если такой рейс есть, то попросите взять меня и ещё одного товарища из гороно с важными документами в Наркомат просвещения.
Я был абсолютно уверен, что товарищ Андреев решит этот вопрос быстрее и эффективнее любого другого руководителя. Всё-таки он являлся фактическим руководителем всего города. А самое главное, Виктор Семенович за мою учёбу в институте ратовал, возможно, даже активнее всех остальных.
В последние недели, после начала грандиозной Курской битвы, самолёты в Москву летали из Сталинграда почти каждый божий день, а иногда даже дважды в сутки. Почти всегда это были какие-нибудь грузопассажирские варианты. И почти все эти рейсы выполнялись исключительно в интересах завода «Баррикады», войск Сталинградской группы и иногда судоверфи. А также химического завода № 91 расположенного на самом юге Сталинграда. Он производил различные взрывчатые вещества для фронта и практически не прекращал свою работу ни на один день.