Одной из серьёзных проблем этого дома было восстановление общедомовой котельной: старое оборудование почти всё уничтожено, а новое надо было искать и монтировать. Но хозяйственники областного управления эту задачу решили. Помещение отремонтировали и шёл монтаж нового оборудования. К холодам гарантированно управятся.
Разумеется, я заехал и на восстанавливаемый партийный дом. Работы здесь шли полным ходом. Вокруг него стояли леса, и с улицы было видно, как наверху рабочие кладут кирпич, возводя стены нового третьего этажа. Главной нерешённой проблемой по-прежнему оставалась котельная. Старые несущие и наружные стены, лестницы уже привели в порядок, и все силы были брошены на надстройку. Здание в Сталинградскую битву пострадало не так сильно, как большинство других, поэтому были все шансы завершить восстановление и реконструкцию ещё до конца года. При необходимости можно было частично использовать уже отремонтированный первый этаж, если удастся запустить котельную до холодов.
А вот где сердце порадовалось по-настоящему, так это на строительстве нового корпуса мединститута.
Знакомое Сергею Михайловичу фундаментальное здание, которое первоначально проектировалось как Высшая партшкола, Было построено в пятидесятыхСпроектировали его сталинградские архитекторы Левитан и Симбирцев. Оба уже приехали в Сталинград и работали в тресте. Этим летом Симбирцев стал главным архитектором треста. К первому января сорок четвёртого года они должны были создать проект главного здания института.
После войны они спроектировали П-образное здание в стиле сталинского ампира. Я набросал примерный облик того, каким оно должно быть, и был уверен, что их проект окажется почти таким же. Высокие потолки, торжественные порталы, колонны, лепнина. Город-герой заслуживал именно таких зданий. Но в моей новой реальности мединститут займёт гораздо большую площадь. На месте зданий конца двадцатого — начала двадцать первого века с адресом улица Мира, дом двенадцать, где в частности разместилась пятизвёздочная гостиница «Волгоград», тоже будет мединститут. Таким образом он расположится фактически в двух кварталах центра города.
Я хотел сделать Сталинград третьим или в крайнем случае четвёртым городом страны, пропустив вперёд только Москву, Ленинград и, возможно, Новосибирск. Таким он должен стать в память о тех, кто совершил здесь невозможное: окончательно остановил нацистскую гадину и погнал её прочь на запад. В память о каждом, кто здесь воевал, кто безвинно погиб в страшных во время страшных бомбежек.
На этой территории сейчас шло активное восстановление. В ближайшее время здесь начнут размещаться кафедры мединститута и общежития для студентов и сотрудников. В будущем, после завершения строительства главного П-образного корпуса, всё это, возможно, снесут и выстроят что-то в том же стиле: жилой дом для преподавателей, дом аспирантов и студентов, клуб или даже Дворец Культуры института, спортивный комплекс, а возможно, и дополнительные учебные корпуса. Но это всё будет лет через десять, а то и позже. Сначала надо сделать то, что можно нужно сейчас.
На месте будущего главного корпуса разбор завалов уже закончили. Шла тщательная подготовка площадки. Торопиться здесь было некуда: это здание станет одной из визитных карточек восстановленного Сталинграда, и спешка ему ни к чему.
Схожая судьба ожидала и территорию во дворе восстанавливаемого старого партийного дома, и развалины напротив института через будущую улицу Володарского. Никаких жилых домов здесь не будет. Только административные здания, в которых разместятся партийные, советские и хозяйственные органы области, города и городского района. Возможно, концентрировать всю власть на таком небольшом пятачке не вполне правильно. Но сейчас это даст огромную экономию людских и материальных ресурсов, дефицит которых будет преследовать нас ещё не один десяток лет. А когда страна залечит страшные раны войны, можно будет что-то и пересмотреть.
Особенно деятельно шли работы на одном из домов во втором квартале. Здесь немецкие пленные не работали: только большая наша строительная бригада и несколько черкасовских. Этот трёхэтажный дом, восстанавливаемый по «старинным» технологиям и исключительно из материалов, отобранных на развалинах, рос как на дрожжах. Каждый раз, когда я здесь проезжал, казалось, что за прошедшие сутки он вырос ещё на несколько рядов кирпичей.
Он должен стать общежитием для студентов и почти бездомных преподавателей. Таких, например, как Елена Викторовна Андреева. Она получит здесь комнату, а её муж, второй секретарь горкома, наконец-то перестанет ночевать на работе.