— Так точно, товарищ Сталин. А как женился, пришлось к жене съехать. Не могли мы её маму одну оставить. Муж погиб, двое младших еще в эвакуации.
— Ну и правильно сделали, — усмехнулся Сталин. — Ваша жена совсем ещё молоденькая девушка, но уже видела в жизни много плохого. Пусть теперь увидит хорошее. И тёщу надо поддерживать. Времени у нас не так уж много, давайте поедем на Тракторный и посмотрим ваш панельный завод.
По дороге на Тракторный никак нельзя было проехать мимо уже почти полностью восстановленного посёлка «Баррикад» и закладываемого нового микрорайона панельных домов. Но останавливаться там не стали и прямым ходом поехали на Тракторный. Время поджимало.
Выезд на площадь Дзержинского, конечно, получился эффектным. Панорама, открывшаяся слева, была впечатляющей. Развалины, конечно, ещё встречались, но они как-то совершенно не бросались в глаза на фоне восстанавливающихся общественных зданий вокруг площади. А самое главное, хорошо были видны новые панельные дома и уже два башенных крана, занятых на монтаже. Краны медленно поворачивались, перенося панели, и казалось, что город оживает прямо на глазах.
Товарищ Сталин молча смотрел на эту картину, и по его лицу было видно, что увиденное произвело на него сильное впечатление. Здесь, на этой площади, было ясно: Сталинград возрождается.
Глава 11
Сначала товарищ Сталин отправился на Тракторный завод. Здесь главную роль играли Чуянов и Андреев. Остальные четверо держались в стороне.
На Тракторном заводе товарища Сталина встречали директора всех сталинградских промышленных гигантов: заводов № 264 и № 91, судостроительного завода, будущего «Химпрома» и СталГРЭС. Вместе с ними были парторги ЦК и нарком танковой промышленности Вячеслав Александрович Малышев, который уже неделю находился в Сталинграде. Он ничего не знал о том, что через Сталинград проезжает высокая правительственная делегация, и, судя по выражению его лица, был крайне удивлён неожиданным визитом.
Задача наркома состояла в том, чтобы проинспектировать ремонтные мощности Сталинграда: Тракторный завод и завод № 264. Восстановление Харьковского танкового завода уже началось и шло полным ходом. Были освобождены Киев, Днепропетровск и Запорожье, где сразу же приступили к восстановлению промышленных предприятий. В связи с этим острой необходимости в ремонтных мощностях Сталинградского тракторного завода больше не было. В Наркомате тщательно взвешивали, что делать дальше: восстанавливать на заводе производство танков Т-34, налаживать выпуск нового уже разрабатываемого танка Т-44 или же вернуться к производству мирной продукции, тракторов, в которых страна испытывала огромную потребность. Я знал, что нарком находится у нас в городе, но он практически не покидал территорию Тракторного завода.
Вообще я старался не вмешиваться в дела сталинградских промышленных гигантов и по возможности обходился без их помощи. Их священный долг состоял в том, чтобы работать на оборону страны, а одна из моих главных задач заключалась в том, чтобы всячески им в этом содействовать.
Товарищ Сталин внимательно осмотрел партию танков, уже отремонтированных и полностью готовых к отправке на фронт. Свежевыкрашенные боевые машины стояли ровными рядами. Затем последовала обстоятельная беседа с наркомом и руководителями заводов.
Я стоял немного в стороне от основной группы, но мне был хорошо слышен весь разговор. И когда товарищ Сталин спросил директоров, какие у них основные проблемы и какая помощь им нужна, у меня учащенно забилось сердце.
С замиранием сердца я ждал ответа, но они почему-то не спешили с ним. Повисла тягостная пауза. Первым молчание нарушил директор СталГРЭС. Он откашлялся, расправил плечи и заговорил уверенным, хорошо поставленным голосом:
— Не знаю, как другим товарищам, а нам в основном не хватает времени. Работы непочатый край, а сутки всё такие же короткие. Я считаю, что наш Кировский район восстановлен почти полностью. Не буду утверждать, что все наши рабочие и служащие обеспечены хорошим, добротным жильём, но этой зимой никто не остался в землянках или сырых подвалах разрушенных домов. Штатное расписание у меня заполнено полностью, нет ни одной свободной вакансии. А чем можно помочь? — директор усмехнулся, и по его обветренному лицу разбежались морщинки. — Мужики нужны, товарищ Сталин. Очень нужны. У меня сейчас столько женщин на производстве работает, что иной раз диву даёшься. Бабы у мартенов, бабы на кранах, бабы везде. Справляются, конечно, но это неправильно.
— Знакомая картина, — с горечью поддержал коллегу директор «Баррикад» Василий Сергеевич Шачин — Мы вчера с Павлом Петровичем, — он кивнул в сторону стоявшего рядом Матевосяна, директора «Красного Октября», — долго обсуждали эту тему. Порой страшно становится, когда видишь у раскаленных мартенов одних только женщин. Жара адская, работа тяжелая, а они трудятся и не жалуются. Что касается жилья, то его восстанавливают гораздо лучше, чем весной. На территории завода среди развалин больше никто не ютится. Все, кто приходит устраиваться на завод, получают крышу над головой и койку в общежитии. И насчет времени коллега сказал верно: его катастрофически не хватает.