Это основная американская скрипка в производстве взрывчатых веществ, пороха и нейлона, без которого Америка останется без парашютов, канатов и военной формы. Кроме этого участие в военных проектах, включая инженерные работы в атомной программе США. Сейчас идёт усиление их научно-технической базы за счёт полученных огромных государственных контрактов.
Джо, в отличие от Эванса и Билла, непосредственно к этой семье не принадлежит, но он член их клана, и успешное выполнение щекотливого поручения Генри Эванса, ведущего свою родословную напрямую от основателя Элеутера Ирене дю Пона, наверняка очень повысило его значимость и влияние в этом клане.
Билл Уилсон, являющийся пусть каким-то дальним родственником самих Дюпонов, но всё равно кровным, занимающим какую-то нишу в их разветвлённом генеалогическом древе, без сомнения замолвит за него словечко, и оно возможно окажется для него золотым.
Билл, оценив здания построенных у нас птицеферм, на этом не останавился и продолжил:
— Ваши люди удивили нас. Они сумели за удивительно короткое время освоить всю нашу технику и досконально разобраться в тонкостях наших технологий. Если вы, Георгий, и дальше будете так работать, то без сомнения станете законодателями мировых мод в некоторых отраслях, и не вы будете стремиться перенимать чужой опыт, а к вам будут приезжать учиться.
Это разговор происходил на выходе из индюшатника, и Билл обвёл рукой окружающее пространство.
— Например сюда, или на вашу бройлерную ферму. У Генри, я это смело утверждаю, такие фермы лучшие в США. А у вас, Георгий, не хуже.
Слова Билла кроме меня слышат птичницы индюшатника, Лапидевский, и товарищи Соломин и Кузнецов. Глаза «представителя Наркоминдела» сузились, и я почти физически ощутил, как он запоминает всё происходящее, фиксирует каждый жест, слово и выражение лиц присутствующих здесь.
Всё это, а я не сомневаюсь, по возвращении в Москву он подробно опишет в рапорте, который сначала ляжет на стол его непосредственного начальника, поставившего ему такую задачу, а потом…
А вот это самое главное и решающее, на чьём столе в конечном итоге окажется его рапорт. Промежуточный этап конечно генерал Селивановский, а вот кто его конечный «читатель»? Абакумов? Берия? Или всё-таки товарищ Сталин?
Для меня и тех же Антонова, Лапидевского и Самсонова это может оказаться вопросом жизни или смерти. Вернее не может, а на все сто окажется.
Лапидевский и все птичницы расплываются в улыбках. Для них слова Билла награда, оценка нескольких месяцев подлинных мучений и страданий, которые предшествовали началу их работы здесь.
Мы ушли с птицефермы, я посмотрел на часы и спросил Билла:
— Билл, какие у тебя планы? Мы располагаем временем, чтобы ещё что-то здесь посмотреть?
Билл скривился как будто попробовал какую-то заборнейшую кислятину и отрицательно покачал головой:
— К сожалению, Георгий, нет. Завтра в полдень нам надо быть в Москве. Джо с корабля на бал, его ждёт сам Кроуфорд Гринвальт. Я не очень понимаю в чём дело, но почему-то только наш Джо может заменить какого-то инженера, срочно необходимого в Хэнфорде. Мне тоже поставлено условие завтра этим же самолетом улететь из России. Сейчас выбирать не приходится, если приказано лететь этим самолетом, то надо выполнять. Иначе можно застрять в Москве на неопределенное время. Или того хуже, где-нибудь на промежуточном этапе, например, не приведи Господь, где-нибудь на Ближнем Востоке. Да и сейчас мы не можем конфликтовать с некоторыми людьми в Вашингтоне, от них сейчас слишком зависит работа нашего фонда.
Билл и Джо во время этого разговора смотрели больше на меня и не могли видеть товарища Кузнецова. Я же видел его отлично и поймал момент, когда он весь напрягся. Я ожидал от него чего-то подобного и поэтому увидел.
Это произошло в тот момент, когда Билл упомянул Кроуфорда Гринвальта и Хэнфорд. Я знал, кто такой Кроуфорд Гринвальт и что такое Хэнфорд.
Глава 11
Времени осмотр всего остального, что построили американцы, уже не оставалось. Надо возвращаться в Сталинград и обязательно успеть ещё поговорить с Биллом.
Мы быстро возвращаемся к воротам животноводческого комплекса опытной станции, где нас ожидают наши «эмки». Соломин, Лапидевский и Джо сразу же уходят вперёд, не оглядываясь.
Джо готов к отъезду, но надо успеть забрать вещи, а Соломину погрузить в машину незадачливого американского дипломата.