После окончания боев впервые многочисленную делегацию иностранных корреспондентов привезли в Сталинград 10 февраля 1943 года. До этого они посещали наш город в январе. Но тогда еще шли бои, и все было очень скромно и осторожно. Ожесточенные бои в некоторых местах шли чуть ли не до последнего дня.
В этот раз представители иностранной прессы, британской, американской, китайской, латиноамериканской, австралийской, французской от «Сражающейся Франции», провели в Сталинграде два дня.
Этой делегации показали очень многое: север города и район заводов, центр, берег Волги, где был фронт и переправы. Они видели сплошные руины жилых кварталов, административных зданий и заводов. Корреспондентам показали подбитую технику, немецкие позиции и колонны пленных, в том числе и плененного фельдмаршала Паулюса. Они общались с победителями: офицерами, генералами, простыми солдатами и выжившими жителями Сталинграда. На весь мир тогда прогремели имена советских генералов Родимцева и Чуйкова.
Никогда после этого такого количества этой публики в нашем городе одновременно больше не было.
Американских и британских корреспондентов после этого к нам регулярно привозили, и у них чаще всего не находилось слов при виде восстанавливающегося города. В последнее время особенно сильное впечатление на них производили новые кварталы панельных домов.
Вот и к Биллу дар речи вернулся, только когда мы уже оказались в Кировском районе. Он эмоционально раскинул руки и с каким-то детским восторгом выпалил:
— Это что-то фантастическое. За каких-то полтора года вы уже фактически подняли свой город из руин. Здесь, — он показал на улицу, по которой мы ехали, — вообще уже нет следов войны. А я ведь хорошо помню, сколько на этой дороге было воронок от снарядов и бомб. А сегодня вы даже на ней укладываете новый асфальт, и не руками, а асфальтоукладчиком. А ваш новый район — это вообще что-то невозможное.
Сделать работоспособный асфальтоукладчик оказалось непросто, как это показалось Дмитрию Петровичу, когда он за это взялся. Но глаза боятся, а руки делают. И в конце концов ему удалось создать агрегат, который вполне прилично справляется с задачей машинной укладки асфальта. Его умельцы собрали целых три экземпляра этой совершенно новой для нас техники, и сейчас они проходят испытания на улицах нашего города.
Если испытания пройдут удачно, мы отчитаемся о проделанной работе и будем думать, где и как начать серийное производство этой необходимой для страны техники.
Перед тем как ехать в нынешний партийный дом, я сказал Михаилу, чтобы он заехал ко мне домой. У Маши был токсикоз второй половины беременности, врачи говорили, что, скорее всего, она вынашивает двойню и роды будут раньше положенного срока.
Маша не оставалась одна, с ней всегда кто-нибудь был. Сегодня очередь Леночки: она сменилась после ночного дежурства в госпитале и уже была дома.
Я забежал домой буквально на минутку, поцеловал жену, сказал, что все очень хорошо, Виктор Семенович встретил жену и внука, я успел проинспектировать опытную станцию и что сегодня допоздна буду совещаться с Биллом в нашем партийном доме.
Маша успела тоже меня поцеловать, заставила дважды откусить от бутерброда с американской тушенкой и сделать три глотка теплого сладкого чая. Я попросил ее позвонить Андреевым и пошел к машине.
В тот момент, когда я садился в «эмку», Билл очень задумчиво смотрел на наш дом и удивленно качал головой.
— Георгий, Михаил сказал, что у тебя небольшой трехкомнатный дом и что кроме вас троих в нем живут еще и квартиранты. И что товарищ Андреев, который стал руководителем области, тоже живет с женой и внуком в таком же маленьком доме? Он пошутил или это правда?
— Ну, во-первых, наши дома не такие уж и маленькие. А во-вторых, это правда. Сейчас мы, кстати, поедем к дому товарища Андреева. Надо узнать, где он находится.
Ксения Андреевна ждала нас у калитки. Сразу было видно, что она сегодня много плакала: ее глаза были красные и припухшие.
— Виктор Семенович уехал полчаса назад, — она махнула рукой вдоль дороги. — А Витя спит. Лег в постель, взял мою руку и так тихо-тихо спросил: «Бабушка, а правда, что здесь нигде нет немцев или они спрятались в засадах?»
У Ксении Андреевны опять набежали слезы. Она смахнула их и как-то беззащитно улыбнулась.
— Спасибо тебе, Георгий, за то, что ты все это, — Ксения Андреевна кивнула в сторону дома, — для нас организовал. Вези своего американца к товарищу Андрееву, он специально для этого поехал в обком.