Президенту Трумэну чуть ли не каждый месяц какое-нибудь ведомство работающее против СССР представляло свои оценки и соображения. И как раз накануне заседания Политбюро на котором было принято так удивившее Георгия Хабарова о жилищных и бытовых условиях советского руководства, на столе у товарища Сталина оказалась объемная аналитическая записка составленная для американского президента Кларком Клиффордом, который уже был самым влиятельным советником Трумэна.
Клиффорд обобщил все, что различные американские ведомства «нарыли» о Советском Союзе с момента окончания Второй Мировой и дал свой окончательный прогноз о перспективах противостояния США и всего коллективного Запада, подразумевая под этим Америку и всех её союзников и сателлитов по всему земному шару.
Его окончательный вывод о перспективах прямого военного противостояния был на настоящем этапе печальный. СССР в случае начала полномасштабной войны с США и его союзниками сокрушительной победы подобной исходу Второй Мировой конечно не одержит. Но и военно-политического поражения подобного немецкому и японскому не потерпит. Исход этой гипотетической войны будет в тактическом смысле ничейным, стороны скорее всего останутся на своих довоенных позициях с небольшими не очень значительными вариациями, например, произойдет безусловный и быстрый разгром союзных зон оккупации в самой Вене.
А вот экономические, внутриполитические и прочие непрямые военные последствия для западного блока будут катастрофические. И здесь главную роль сыграет просто зашкаливающая нечувствительность советского общества к огромным различным потерям, на которые оно готово пойти ради высоких целей. А победа в противостоянии с западным блоком и США в частности таковой и является.
Но это ни в коей мере не означает, что борьбу с СССР и создаваемым им советским блоком надо прекратить. На прямое военное столкновение можно будет идти только при выполнении двух обязательных условий: создания подавляющего военного превосходства, сравнимого с превосходством США перед индейцами, и после успешной кампании подрыва Советского Союза изнутри. И одним из важнейших направлений работы в этой сфере Клиффорд назвал борьбу с самой различной советской элитой, в том числе и с управленческой.
В очередной раз товарищу Сталину резанули глаз рассуждения о состоянии его личного здоровья, причем на этот раз эта оценка была очень точной. И сделана она было на основании впечатлений, которые он производил на иностранных граждан во время официальных контактов.
А вот на какую-либо информацию полученную от советских граждан Клиффорд не ссылался. Это факт немного подсластил американскую пилюли оценки здоровья товарища Сталина.
А вот дальше шел подробный разбор информации о здоровье его ближайших соратников, и других советских руководителей. Ожидаемо была констатация плохого состояния товарищей Жданова и Щербакова. Все американские аналитики отмечали, что прогноз в отношении здоровья и их жизней напрямую зависит от уровня оказания медицинской помощи и Клиффорд с сожалением констатировал, что реальных рычагов оказания необходимого влияния на действия советских врачей у США нет, кроме ограничения доступа к достижением западной медицины.
В затем Клиффорд начал развивать эту тему и отметил, что в Советском Союзе сейчас в целом отсутствует система реабилитации его граждан после тяжелейшей войны, последствия которой у многих накладываются на то, что выпало на их долю в предвоенные годы. И в частности это характерно для многих советских руководителей, особенно второго и последующих уровней. А это напрямую, по мнению мистера Клиффорда, сказывается на их здоровье, и соответственно на качестве управления. Особенно он выделил уровень руководителей областей и краев непосредственно пострадавших во время войны от боевых действий и оккупации.
Клиффорд предложил дать отдельное поручение разведывательному сообществу США и различным ведомствам работающим на территории СССР отслеживать состояние здоровья целого ряда советских руководителей различного уровня. Представленный им перечень был довольно внушительный и в нем было много фамилий ученых, инженеров и конструкторов.
Но они все стояли не во главе списка, который начинался конечно с него самого, потом были его ближайшие соратники, в числе которых отсутствовали Каганович и Микоян, затем руководители союзного значения и затем был достаточно короткий список руководителей краев и областей. И первым из них был назван руководитель Сталинградского края, георгий Хабаров. Его персоне Клиффорд посвятил несколько строк.