Работы уже идут полным ходом. Рабочая группа занимающаяся этим уже сделала подробное описание штаба и её сотрудники объездили всю страну и половину Европы, встречаясь с теми кто бывал в нем и записывая их воспоминания. Кроме этого в городе уже есть улица 13-й Гвардейской. Она появилась летом прошлого года, когда горисполком решил переименовать бывшую Солнечную улицу.
В знакомой мне истории СССР в Сталинграде, переименованном затем в Волгоград осталось очень мало памятников войны представляющих из себя руины, хотя изначально такие предложения были.
Но я решил поступить иначе. И рядом с домом Павлова мы оставили руины целого квартала, тщательно конечно разминировав их. Один из домов обороняла рота под командованием гвардии старшего лейтенанта Антона Кузьмича Драгана. Они почти все погибли как и весь 1-й батальон 42-го полка, в который входила рота. В живых осталось не больше десяти человек, точно пять или шесть. О судьбе самого старшего лейтенанта известно пока мало. Я точно знаю, что он в той горстке бойцов, которая сумела прорваться и переправиться через Волгу к своим, когда немцы захватили этот дом. Он точно единственный офицер батальона доживший до Победы и живет сейчас где-то на Украине.
Вот развалины этого дома, где полегли остатки того героического батальона, и еще четырех домов, мы решили сохранить как мемориал героическим защитникам Сталинграда.
В знакомой мне истории где-то в 70-х годах на восстановленном доме, в котором разместился районный народный суд, установят мемориальную табличку с ошибочной надписью про подвиг 7-й роты старшего лейтенанта А. К. Драгана, 3-го батальона 42-го гвардейского полка. И почему-то инициалы А. К. кто-то расшифрует как антон Константинович. Но я уже распорядился изготовить правильную табличку и найти героя.
На Мамаев курган мы не пошли. Я твердо решил, что мемориал на нем надо будет создать именно таким как я его знал из памяти Сергея Михайловича. Но его время придет только лет через десять. А пока специально выделенный саперный взвод из-зо дня в день находит и вывозит на полигон для уничтожения неразорвавшиеся авиабомбы, мины и снаряды, которых на кургане еще десятки тысяч.
На месте боев нашей дивизии сейчас я бываю часто, раз в неделю минимум. Но каждый раз меня охватывает волнение и с трудом удается сдерживать слёзы. Вот и Антон, молча пройдясь по развалинам где погибли остатки 1-й роты 1-го батальона 42-го гвардейского полка, не смог сдержаться и тоже смахнул слезу.
Когда мы вернулись на волжский берег Антон сказал:
— А ты знаешь, Георгий, ведь из той роты спасся еще один человек. У Драгана в роте оказалось два труса и дезертира. Они бежали, сумели добраться до Волги, соорудили плот и начали переправляться на левый берег. немцы их заметили и накрыли огнем, один погиб, а другой добрался до химбатальона дивизии на левом берегу. Рассказал, кстати, что Драган погиб и он лично его похоронил на берегу Волги. Нам его рассказ не понравился, через неделю мы его раскололи, а тут и сам Драган с остатками роты к зенитчикам выплыли. Шесть человек от всего батальона, да еще младший лейтенант Колеганов, которого полуживого раньше сумели эвакуировать, когда батальон еще в районе вокзала оборонялся. Он где-то потом погиб. А гада этого мы в трибунал передали.
Мы прошли еще немного вдоль Волги до того места где начиналась новая благоустроенная набережная. Волжские берега мы начали благоустраивать только после войны и работы с ними еще непочатый край. Адъютант Антона вероятно хорошо знал своего начальника и держался сзади на очень почтительном расстоянии, о чем разговаривая с моим помощником. Все наши сотрудники то же знали, что во время моих походов по местам боев нашей дивизии надо держать солидную дистанцию.
— Ты, Георгий, наверное знаешь, что генерала Воронина недавно перевели с Украины в центральный аппарат, — начал говорить Антон и я понял, что он мне расскажет об истинной причине своего приезда к нам.
Александра Ивановича после Львова перевели замом республиканского наркома госбезопасности в Киев. Там он руководил всей борьбой с антисоветским подпольем в масштабах республики. А три месяца назад перевели в Москву, заместителем министра госбезопасности СССР. И буквально неделю назад он стал первым заместителем.