ПОЗНАНИЕ
1
- Муж тут ни при чем, - сказала Ронни Ригли, обращаясь к супругам Альби в среду утром, когда они возвращались из торгового центра. - С этой леди вообще получается забавная штука. Я не хочу сказать, что она была нимфоманка или что-то в этом роде, но отказывать себе в удовольствиях не любила, и Бобо думает, что мужу это было известно. В субботу она пришла в ресторан и встретила там какого-то парня.
Они надолго не остались, а из наших дурачков никто его не опознал.
- Может, он был не из наших, - предположила Лаура.
- Может, но мы в Хэмпстеде всегда так говорим, - засмеялась Ронни. Если какой-нибудь дом грабят, что время от времени происходит, люди всегда говорят, что вор был из Норринггона или Бриджпорта. Но просто получилось так, что все мужчины в баре таращились на Стоуни и никто не потрудился дважды взглянуть на парня. Бобо говорит, что у полиции уже есть пять совершенно различных описаний его внешности. Он может быть или белокурым малым под сорок, или седым под шестьдесят. Единственное, на чем все сошлись, что "У Франко" он не был завсегдатаем. Но я думаю, что несколько парней узнали Стоуни.
- Может, это все-таки муж? - сказала Лаура. - Вы говорите, он знал о ее романах.
- О, у него есть алиби, - сказала Ронни. - Добрый старый Лео Фрайдгуд был в тот день в Вудвилле. Он работает на какую-то огромную корпорацию, и его не только там видели, но пару раз он говорил оттуда по телефону с генералом Ходжесом.
- Генри Ходжесом? - удивленно спросил Ричард. - Тем, что был в Корее?
- А что, есть еще один? - спросила Ронни. - Железный Хэнк. Один из детективов переговорил с ним лично. Он потом сказал Бобо, что его так и тянуло, разговаривая с генералом по телефону, стоять навытяжку.
- Сильный характер, я думаю, - сказал Ричард. - Говорят все еще носит с собой пушку.
- Он застрелил два года назад грабителя, - сказала Ронни. - Вы себе можете представить? В центре Нью-Йорка. - Ронни расхохоталась. - Мы собираемся поглядеть дом с четырьмя спальнями в Старом Хэмпстеде. Там тоже много людей с характером. А потом поглядим в Гринбанке. У меня насчет него есть предчувствие.
2
Ронни старалась как могла, Ричард знал это. Любой агент по продаже недвижимого имущества ограничен в возможностях, потому что рынок жилья не безграничен. Кроме того, цены на жилье в округе Патчин за последние десять лет выросли в три раза, и многие дома, которые им с Лаурой могли бы понравиться, были просто за пределами их возможностей.
- Старый Хэмпстед, Сарум, выглядит более деревенским, - неизвестно зачем сказала Ронни, после того как они проехали почти милю и не встретили ни единого дома, - многим это нравится.
Лаура издала на заднем сиденье какой-то неопределенный звук.
- К сожалению, владелец будет находиться в доме во время нашего осмотра. Там что-то случилось, по-моему. Она и вправду хотела остаться дома. Она вдова.
Наконец они добрались до разъезженной въездной дороги. Дом был коттеджем, к которому различные владельцы пристраивали комнаты. Застекленная студия венчала модерновый гараж. Все строение располагалось на склоне поросшего лесом холма, и, казалось, пыталось взобраться на его вершину.
Лаура спросила:
- Мы можем себе позволить приобретение такого дома?
- Миссис Бамбергер хочет продать его поскорее, - сказала Ронни, как только они вышли из машины. - Она собирается во Флориду через пару недель. Я думаю, все же стоит на это взглянуть.
Она кинула многозначительный взгляд на Лауру и Ричарда.
- Боюсь только, она вас заговорит.
Миссис Бамбергер, полная пожилая женщина в темно-синем брючном костюме, встретила их в дверях. Очки в золотой оправе болтались на цепочке у нее на груди.
- Привет, миссис Ригли, - сказала она Ронни. - Мистер и миссис Альби? Заходите, осматривайте. Я не буду вам мешать.
Однако, как Ронни и предсказала, она все же мешала.
Миссис Бамбергер сопровождала их, описывая красоты дома и имущества. Все было одинаково эксцентрично. Комнаты были забиты массивными антикварными мебельными гарнитурами, так что Ричарду было трудно получить представление об их истинных размерах. Некоторые комнаты были устроены так, что через них проходили как сквозь вагоны железнодорожного состава. В некоторых случаях, для того чтобы войти в комнату, приходилось подниматься на несколько ступеней. Миссис Бамбергер все говорила и говорила: "Вот этот экран для камина мы купили сами. А вот этот мейсенский фарфор нам подарили такие-то... Вам что, не нравятся камины?.. Однажды мои дети..." Потолок в большинстве комнат нависал в нескольких сантиметрах над макушками Ричарда и Ронни. Миссис Бамбергер продолжала свои комментарии, пока они не добрались до студии над гаражом. Там она, казалось, расслабилась.
- Это единственное, что мы тут достроили, - сказала она. - Отсюда можно замечательно наблюдать за животными и за птицами. Это - отдельная зона, вы можете сидеть тут в холодное время года, а дом не нагревать, так что и деньги сэкономите.
- Отлично, - сказал Ричард, а сам подумал: "А потом нестись полмили, чтобы добраться до кухни".
- Может, вам бы больше понравилось, если бы весь дом был таким, говорила миссис Бамбергер. - Почти все молодые люди так думают. Мы с мужем любили старые коттеджи, низкие потолки и все такое. Это напоминало нам о мисс Марпл.
Ричард улыбнулся: это было великолепно. Действительно, дому недоставало лишь двускатной крыши, чтобы в точности напоминать английский коттедж из романов Агаты Кристи.
- Вы еще что-нибудь хотите спросить у миссис Бамбергер насчет дома? вставила Ронни.
Альби поглядели друг на друга: "Нужно выбираться отсюда".
- Конечно, у меня слишком сильное воображение, - сказала миссис Бамбергер. - Мой муж так всегда говорил. Но я знаю кое-что и на самом деле. Вы ведь Ричард Альби, верно?
- Да, - сказал Ричард. "Ну, вот", - подумал он.
- Вы родились в Хэмпстеде в конце войны? А потом переехали в Калифорнию до того, как пошли в школу?
Ричард удивленно кивнул.
- Тогда я знала вашего отца, - сказала она.
Ричард так и застыл с открытым ртом.
- А я нет, - наконец сказал он. - Я хочу сказать, я его не знал. Видимо, он не слишком-то обожал детей.
Миссис Бамбергер теперь глядела на него очень пристально. Она неожиданно напомнила ему учительницу, которая была у них в пятом классе.
- Он не из тех, кто женится, вот и все. Но он передал вам свое красивое лицо. Он был невысоким, как и вы. Очень хорошо воспитанный. Но Майкл Альби был мотыльком.
Никогда не мог осесть на одном месте.
Ричард почувствовал себя так, словно пол под ним покачнулся. Он знал, что навсегда запомнит эти минуты, что они с этих пор станут частью его: толстая старая дама в полиэстеровом брючном костюме, стоящая перед книжными полками в комнате со стеклянной стеной. "Тогда я знала вашего отца". Майкл Альби. Он никогда до этого не слышал, чтобы отца звали по имени.
- Что вы еще можете рассказать мне? - спросил он.
- У него были умелые руки. А у вас?
- Да. Да, тоже.
- И он был сплошное очарование. Какое-то время он жил за дорогой. Он обычно приходил сюда помочь с ремонтом или выкосить газон. Он работал в домах по всему городу. После того как он встретил Мэри Грин, он перестал приходить сюда и этим чуть не разбил сердце моего мужа. Мы пытались помочь ему окончить колледж, - она улыбнулась Ричарду. - Но раз у него были деньги Гринов, он в нашей помощи больше не нуждался. Но в общем он был хорошим человеком. Его нечего стыдиться. Он не женился на деньгах. Твой отец был не из таких.
- Он обустраивал дома? - спросил Ричард, едва этому веря.
- Ну, точно так же, как и делал все остальное. Мой муж всегда думал, что он мог бы стать архитектором. Но он не любил связывать себя обязательствами, ничего в этом роде.
- Не знаете, жив ли он?
Она покачала головой:
- Не знаю. Он был одним из тех людей, кто никогда не думает о будущем. Может, он и жив еще, сейчас ему должно быть чуть больше шестидесяти.
Где-то в мире живет седой человек с лицом Ричарда, который покупает газеты или подстригает траву. Живет в коттедже. Играет с детьми, которые могут быть племянниками и племянницами Ричарда. Стоит на палубе грузового судна и курит трубку. Спит в хижине на берегу.