Пока Иван прятал чемоданчик в мешок среди рухляди, Пафнутьев спросил:
— Слушай, десант, на мёде своём беленькую не пробовал настаивать?
— Нет, не пробовал. Не до того было. Но скажу тебе, что если задумаешь такое, на поллитра казёнки три капельки мёда капни, больше не надо. И, главное, женщинам не давай. Отберут и сами всё до дна высосут. Тебе даже понюхать не оставят.
— Вот спасибо так спасибо!
Кастелян сиял, как новенький рубль.
— Ты, если что нужно, забегай. Кому-кому, а тебе всегда нужная вещь найдётся. Да и так заходи, если время свободное будет. На чаёк.
Тут Сидор так лихо подмигнул Ивану, так что сомнения о составе чая тут же отпали.
— Ну что, всё получил? — для проформы спросил Конягин. — Сбегай, отнеси в комнату, и пойдём в библиотеку.
Глава 4
Целый день ушел на беготню: библиотека, канцелярия, инструктажи. Закончили со всеми формальностями, когда уже смеркалось. Напоследок Терентьев переписал в записную книжку телефона расписание занятий и вернулся к себе. Надо было приготовиться. Мундир выгладить, себя в порядок привести. Утром-то не до того будет. Ещё лечь надо вовремя, чтобы голова с утра свежей была.
И вот Иван, уже вымытый и готовый к завтрашнему дню, встал посреди комнаты и, подводя итоги первых двух дней, окинул её взглядом. Можно считать, что вышло неплохо: на кровати новое чистое бельё, на дверце шифоньера, на тремпельке, висит новый академический мундир. Полки книжного шкафа заполнены учебниками, а в нижнем ящике, за дверцей с хитрым замочком, подогнанный Сидором чемоданчик. Егерь уже успел обновить набор: плитка с магическим нагревом, чайник, кастрюлька, сковорода и полный набор посуды на две персоны. Полный — это чтобы имелась возможность не только поесть, но и выпить.
Чего бы ещё хотелось? Картинку на стену, да ковёр на пол, да покрывало на кровать, да лампу настольную, да лампочку под потолком абажуром закрыть. Тогда и вовсе уютно станет, можно и гостей водить. Или гостий. Ту же Машу Повилихину. А чего? Заговорить комнату на тишину, и обсудить с девушкой совместные дела, о которых иным прочим знать не полагается. Никаких интимов! Маша — она не из шалав. Но поместья рядом, и проблемы рядом. А источник проблем — Аномалия и те, кому она зачем-то нужна.
Утром Иван поднялся по будильнику. Умылся, побрился, прибрал кровать, оделся в чистое и вышел в коридор, подгадав момент, когда толпа малолеток соберётся в столовую. Вид здоровенного амбала в идеально сидящем студенческом мундире, с планками наград и ранений, впечатлил всех без исключения. И графинчика Коровкина, и чернявого пакостника, и молчаливого, сдержанного деревенского парня.
— Доброе утро, — безмятежно поздоровался Терентьев. — Вы ведь на завтрак собрались? Так идём, что вы встали!
И пошел первым. Остальные тронулись следом. Картинка выходила забавная: шагает по дорожке парка здоровенный лось, на голову выше большинства остальных. Кого не на голову, тех на полголовы выше. Так вот: идет эта рама, а вокруг сепетят остальные, будто бы не то княжеская свита рядом с хозяином, не то малыши на прогулке рядом с воспитателем.
Коровкин это дело сразу просёк и вместе с прихлебателями оттянулся на пяток метров назад. Вроде и вместе со всеми, а вроде и самостоятельно. Остальным такие мысли в голову не приходили. Им в голову приходили совсем другие мысли.
Вася Костров не был бы собой, если бы не попытался сотворить какую-нибудь пакость. Но нынче, на голодный желудок, ничего стоящего не придумывалось. И он, без долгих размышлений, сделал первое, что пришло в голову: чуть приотстал, оказавшись позади всех, разбежался и прыгнул, занося на лету руку, чтобы отвесить орясине доброго леща и убежать вперёд.
Расчёт был на внезапность и стремительность. Сразу каланча не поймает, потом остынет и максимум что сделает — слово нехорошее скажет. Не будет же, в самом деле, здоровенный дядька гоняться за шкетом без шансов поймать. Для него это — чистая потеря репутации, которой и без того пока ещё нет.
За что леща? А просто так, чтобы не притворялся хорошим. Он ведь обманул, не пришел к выгребным ямам, к которым так старательно направлял его Вася. В итоге, Костров замёрз, ожидая верзилу, и ещё трое энтузиастов замёрзли вместе с ним. Задумка казалась такой хорошей! Чуть подтолкнуть странного парня воздушным потоком — и наслаждаться картиной его барахтанья в дерьме. Потом, конечно, протянуть доску помощи, помочь выбраться и вовремя сбежать, не дожидаясь, когда обшученный решит за шутку расплатиться. Но не срослось.