Один быстрый взмах, небольшая помощь Кэпа, и отравленный морс не просто угодил в лицо врагу. Попало и в глаза, и на губы, и даже немного в нос. На долю секунды раньше, чем незнакомец выхватил оружие.
Полина Коробейникова, избежав немедленной кары за содеянное и оказавшись в относительной безопасности, совсем убегать не стала: любопытно же, чем всё закончится! В зелье она была уверена. Любимый двоюродный дядюшка, всегда баловавший свою племянницу, перед балом улучил момент и шепнул на ухо:
— Князь хочет женить нового графа. Парень он достойный: молодой, богатый. Но желающих в жены больно много, а он один. Вот, возьми, — он вложил ей в руки крошечный флакончик. — Если захочешь, чтобы тебя выбрал, плесни ему в питьё, и дело сделано. Можешь сразу тащить под венец, ни на кого другого он даже не глянет.
Полина весь вечер смотрела на графа. Ловко опутав словесными кружевами, сумела заставить пригласить её на танец и осталась довольна. Да, несколько неотёсан. Да, к ней равнодушен. Но умения привлечь внимание, повернуть разговор в нужное русло, направить мужчину, заставить выполнять её желания, у неё хватало. Нет никаких сомнений, с этим верзилой она справится. Сумеет приручить, влюбить в себя, подчинить. Но конкуренток и впрямь оказалось чересчур много. Нужно было гарантировать себе результат. И она добыла из укромного места своего туалета заветный флакончик.
Дядюшка всё же что-то не рассчитал. Терентьев почувствовал зелье. И не на вкус, а вовсе на запах. Даже не пригубил, даже губы не смочил, а вместо этого учинил ей безжалостный допрос. Как этот зверь смотрел на неё! Еще немного, и растерзал бы в клочья. Хорошо, что появился дядюшка. Он защитит её, иначе ведь и быть не может!
Дядюшка сунул руку под сюртук и вынул воздушник. У Полины похолодело в груди. Ведь оружие на княжьем балу строго запрещено! Принято считать, что приходя в дом князя, люди вручают сюзерену свою жизнь и безопасность, а потому оружие им не нужно. Наказание за нарушения закона немалое. Раз пришел вооруженный, стало быть, злоумышлял на князя. Что же теперь будет?
Девушка прижала обе ладошки ко рту, чтобы не издать ненароком неуместного восклицания. Да и все вокруг затихли, следя за начинающейся схваткой.
Не успел дядюшка не то, что выстрелить, а даже направить свой воздушник на графа, как Терентьев плеснул ему в лицо морс из своего бокала. Тот самый, с приворотным зельем. Дядюшка жутко закричал, выронил оружие и схватился за лицо. Из-под ладоней его потекла мерзкая желто-зелёная жижа. Не переставая кричать, он пошатнулся, рухнул на пол, забился в конвульсиях и замер неподвижно.
Граф глянул на Полину, и ей стало жутко, едва ли не до мокрых штанишек. Даже когда она подсматривала за развлечениями служанки с водителем и её застукала гувернантка, было не так страшно. Получается, это был действительно яд? И она чуть своими руками не убила будущего жениха? То есть, если бы Терентьев не заподозрил неладное и выпил зелье, то сейчас он бы валялся на полу в вонючей луже. А она, Полина Коробейникова стала бы убийцей!
От осознания того, какая беда пронеслась мимо, лишь слегка задев крылом, девушку затрясло. Горло пересохло, но брать хоть что-нибудь со стола она теперь боялась. Ей нужно было срочно к матери. Во-первых, у неё наверняка с собой имеется небольшая серебряная фляжка, и она ещё не опустела. А во-вторых, ей просто необходимо кому-то рассказать обо всём, что случилось. И Полина отправилась искать родительницу настолько быстро, насколько позволяли приличия.
Иван подобрал выпавший воздушник, выщелкнул магазин, пригляделся. Так и есть: пульки смазаны ядом. Даже лёгкая царапина приведёт к летальному исходу. Правда, у него есть Огонь, он может попытаться побороть отраву, но проводить подобные опыты на себе как-то не хотелось.
Егерь вернул магазин обратно и сунул воздушник сзади за пояс брюк, прикрыв сюртуком. В бальной зале вдоль стен стояла стража. Здесь же не было никого. С одной стороны, понятно: где князь, там и охрана. А с другой, сейчас очень пригодился бы дознаватель. Хотя бы для того, чтобы убрать труп. Как бы там ни было, а нужно звать кого-то из Разбойного приказа.
Иван потянулся было за телефоном, но тут резко плеснуло Аномалией и раздался трубный звук, который уже доводилось однажды слышать: изменённый лось. Следом донеслись крики, вопли, и из бальной залы, забыв об этикете, приличиях и достоинстве, понеслись насмерть перепуганные люди.