Доктор, прежде чем начать разговор по пути в отделение, для начала поинтересовался, кем Евгений является пострадавшему.
– Я его отец.
Доктор, приподняв брови, продолжил:
– В общем, Евгений, начну с того, что всё уже позади. В данный момент мы сделали всё возможное, и сейчас ему ничего не угрожает.
Подойдя к отделению, доктор предложил пройти в кабинет заведующего отделением, открыв дверь. Евгений успел прочитать имя и понял, что в этот день дежурил именно он. В кабинете доктор предложил присесть, после чего продолжил беседу.
– В общем, Евгений, досталось вашему сыну как следует…
Далее доктор сообщил о том, что у Паши сломаны несколько рёбер, повреждены некоторые внутренние органы, ушибы верхних и нижних конечностей, гематомы на лице, разорванная губа, а самое худшее из всего этого – черепно-мозговая травма средней тяжести.
– У Павла развитое телосложение. Скажите, он занимается каким-либо видом спорта?
Евгений немного помолчал, боясь услышать то, что последует после того, что он скажет далее.
– Он совсем недавно стал чемпионом по кикбоксингу на первенстве Российской Федерации.
– Так, – произнёс доктор задумавшись. – А ранее у него были травмы головы?
– Да, в двенадцать лет он получил травму, было сотрясение.
– Не буду скрывать, Евгений, это плохо. Вполне вероятно, что Павлу придётся бросить боевой спорт примерно на год. Ведь кикбоксинг, как и бокс, означает так или иначе удары по голове, и в такие моменты спортсмены испытывают небольшие сотрясения, а в данный момент у него средняя тяжесть.
– К чему это может привести?
– В течение года ему следует вести более спокойный образ жизни, наблюдаться у врача. Иначе есть множество вариантов событий, например, возможна амнезия, ухудшение зрения, слуха, быстрая утомляемость. Со стороны речевых навыков – нечленораздельность речи и даже утрата речевой функции! И дальше, мне кажется, лучше не продолжать.
– Понятно, – произнёс Евгений, осознавая, что все мечты Паши начинают рушиться, ведь поступление в Лесгафта означает постоянные тренировки и дальнейшие достижения, а всё это превращается в прах. – Какие дальнейшие действия следует предпринять?
– В вашем случае стоит полежать в больнице, понаблюдаться. Думаю, что для этого потребуется от двух до трёх недель. Потому что, в первую очередь, с такой травмой шутки плохи.
– Вы думаете, я этого не понимаю? По-моему, я не опровергаю этого. Я могу увидеть сына?
– Да, Вы сможете пройти к нему. Он приходил в себя, но мы его еле удержали, поэтому пришлось вколоть ему успокоительное. В данный момент он спит. Его состояние может быть неконтролируемым либо вследствие травмы, либо вследствие того, что ему пришлось перенести, но это будет понятно лишь спустя время. Да, ещё один момент! Евгений сейчас он находится в отдельной палате, мы разместили его там, так как ему требуется покой сейчас. Но впоследствии, если у вас есть такое желание, можно продлить его местонахождение там, так как такие палаты являются платными в нашей больнице.
Евгений понял, что к чему и принял это предложение, так как не хотелось видеть посторонних людей, тем более в тот момент, когда придётся вести диалог с сыном.
– Хорошо, оплатить можно будет в кассе на первом этаже. Давайте теперь я отведу вас к Вашему сыну.
После этого они поднялись со стульев и вышли из кабинета. Пройдя по коридору мимо палат, в которых лежали пациенты, они подошли к нужной. Доктор приоткрыл тихонько дверь и пропустил вперёд Евгения, а затем и сам прошёл следом.
Паша спал с перебинтованной головой, всё лицо было в гематомах, а нижняя губа заклеена пластырем, после того как была зашита. Остальное тело было прикрыто простынёй. Он спал, дыша ровно, Евгений смотрел и чувствовал, как его глаза начинают гореть от того, что он сдерживает изо всех сил подступающие слёзы.
– Когда он проснётся? – прошептал он.
– Ну эффект от успокоительного действует не более четырёх – пяти часов, поэтому точно не могу сказать. Ведь из-за перенесённого стресса организм подвергся большой нагрузке, поэтому думаю, что поспит подольше.
– Я ведь могу находиться рядом, когда он проснётся? – спросил Евгений, посмотрев на молодого заведующего отделением.
Тот хитро улыбнулся и сказал:
– Конечно, обо всём всегда можно договориться.
Спустившись вниз на первый этаж, Евгений подошёл к своим родным. Полицейского или Николая он не приметил.
– Пап, рассказывай! – произнесла Кристина.
– Давайте по пути домой! Хорошо? Просто мне следует вернуться сюда в течении трёх-четырёх часов. Мне разрешили присутствовать рядом с Пашей. А я думаю, что это ему будет необходимо.