Евгений слушал и не мог поверить своим ушам. Кто способен на такое? Какие звери смогли причинить столько зла за столь короткий срок? Евгению казалось, что всё это просто сон, не более. Что он вот-вот проснётся, и всё будет как прежде.
– Она всё ещё в больнице?
– Нет, её забрал отец после того, как были взяты все образцы, которые в итоге оказались пустышкой. А так угрозы жизни не были обнаружены, лишь гематомы на лице и на некоторых частях тела. Завтра её отец должен подъехать к нам в участок. А так как вы у Павла, то думаю, что либо я, либо мой коллега подъедет к вам, для того чтобы пообщаться с вашим сыном и заодно и с Вами ещё раз.
– Хорошо, Сергей Витальевич. Я буду ждать.
– Евгений, мы сделаем всё возможное.
– Спасибо. До свидания.
– До свидания.
Закончив разговор, Евгений обнаружил некоторое количество сообщений. Он уже обрадовался тому, что, возможно, это ответили родители Сайнары, но они были адресованы ему от Валерии, Кристины и Кирилла.
Он совсем забыл про них, уснув. Ранее они договаривались о том, что он позвонит им.
Первым делом он позвонил Валерии, предварительно проверив Пашу, заглянув в дверь палаты. Спустя несколько гудков Валерия ответила.
– Здравствуй, любимый.
– Здравствуй.
– Как ты? Как Паша?
Евгений помолчал немного.
– Родная, я не знаю, это будто происходит не с нами. Мне тяжело пока что поверить во всё происходящее.
– Мы справимся, родной. Ты знаешь, как это сделать! У тебя такой жизненный путь пройден, и ты всегда справлялся! И сейчас ты справишься, и все мы справимся, потому что мы единое целое! Ты это понимаешь! Да, нужно время, но ведь под сильным дождём мы промокаем мгновенно и для того, чтобы высохнуть, нужно гораздо больше времени, но только если ты один, а вместе это сделать гораздо быстрее, согревая друг друга, даря тепло! Мы справимся! Пожалуйста, только не отчаивайся.
– Спасибо, Лера, я счастлив от того, что мы вместе. Как дети?
– Кристине я дала немного валерьянки, и это помогло, она уснула, а Кирилл и Даша в комнате, а я в нашей спальне, ведь уже почти десять вечера! Как ты и Паша?
– Я уснул, облокотившись на Пашину койку. Ты не представляешь, что было, когда он проснулся. Мы его с врачом еле-еле успокоили. Я не знаю пока, что делать, он обезумел от произошедшего, и мне кажется, что и я вскоре.
– Всё будет хорошо. Тебе разрешили остаться?
– А я и не обговаривал этот момент, но раз уже десять вечера, то, скорее всего, дежурный врач всё же понял, что я останусь здесь.
– Ты поужинал?
– Ой, нет. Я совсем забыл.
– Любимый, поешь, на пустой желудок голова плохо работает, ты ведь сам знаешь. И ещё следует поспать, иначе тебе тоже понадобится помощь врача.
– Спасибо, любимая, обязательно так и сделаю.
– Мы завтра все приедем. Хорошо?
– Конечно, я постараюсь договориться, чтобы вас пропустили.
– Передай детям, что я их очень люблю.
– Обязательно передам.
– И тебя люблю, родная.
– И я тебя люблю. Спокойной вам с Пашей ночи.
– Спокойной ночи и вам.
На этом они закончили разговор. Евгений вернулся в палату, Паша по-прежнему спал, и Евгений, вспомнив о еде, мгновенно почувствовал, что желудок говорит о том же. Достав контейнер, он вышел из палаты, для того чтобы найти микроволновку. Обнаружил он её перед столовой, если бы её не было, то он не побрезговал бы и холодной пищей, но так как она всё же там находилась, то он немного обрадовался этому факту. Подогрев всё то, что находилось в контейнере, он вернулся в палату, после чего принялся не спеша за еду, смотрев в окно, на горящие огни этого когда-то любимого им города.
На следующее утро Паша открыл глаза, по-видимому, вперёд Евгения. Он увидел, как его отец спит за столом, сидя на стуле, а рядом лежит пустой вымытый контейнер.
Он не стал его будить, да и в горле пересохло вновь, поэтому, оглядевшись, он увидел бутылку с водой и, несмотря на боль, дотянулся до неё. Попив воды, Паша почувствовал небольшой прилив сил. Голова гудела, и всё тело сильно ломало, откинув простыню, он увидел отёки и гематомы по всему телу. Он не помнил ни вчерашний день, ни то, что произошло после того момента, когда он и Сайнара пришли в парк, после всё будто бы стёрлось. Он помнил лишь фрагменты из своего сна. Сон был страшным, Сайнара в нём кричала и звала его, затем сильно плакала в страданиях. Потрогав свою голову, он обнаружил, что она перебинтована, он вспомнил, что что-то подобное уже происходило, будто он уже просыпался здесь. Или он путает всё с детством ,когда у него так же была травма головы. Он не понимал, а эти мысли и попытки что-либо вспомнить только приносили ещё больше боли. Паша попробовал встать, но голова показалась ему такой тяжёлой, а боль в рёбрах просто неимоверной. Он остался на прежнем месте. Через минут двадцать в дверь постучали.