вспышка воспоминания поразила меня из ниоткуда, такая яркая и мощная, что я протянул руку, уверенный, что смогу дотронуться до нее.
Девушка с волосами цвета воронова крыла, бегущая по лесу. Улыбка на ее лице осветляет ее глаза. Смех, эхом отдающийся повсюду вокруг меня, когда я бегу за ней. Мягкие кончики пальцев касаются моего лица , пока она лежит подо мной.
Еще больше воспоминаний пронеслось в моей голове, приливная волна воспоминаний, обрушившаяся на меня все сразу.
Наблюдаю за ней через окно, пока она спит. Рука в руке, крадущиеся ночью в лес. Выражение экстаза, овладевшее ее лицом.
Они появлялись в быстрой последовательности, и я боролся, чтобы удержать свое внимание на каждом из них.
Белые завитки ткани танцуют вокруг ее спящего лица, когда она лежит в воде. Падаю рядом с ней и проклинаю небеса. Боль. Невообразимая боль разрывает мое сердце , как колючий цеп по ребрам. Огонь и крики. Молния и кровь. Так много крови. Шепчу ей на ухо. Провожу пальцами по символу. Обещание. Клятва бессмертной решимости.
Все воспоминания о моем прошлом идеально встают на свои места во временной шкале в моем сознании. Я мог бы воссоздать "до" и "после" без черноты. Без пустого ощущения, что чего-то не хватает. Пустота заполнилась до краев и разливалась с каждым мучительным мгновением.
Голос эхом отозвался в моей голове.
-Она проклята. Чтобы возродиться. Снова. И еще раз.
Слова епископа Венейбла. При мысли о нем древняя ненависть поднялась из темного и в остальном непроницаемого места внутри меня.
Мой взгляд упал на девушку, которая лежала на кровати. Фаррин. Только это было не ее имя. Кулак шока сжался вокруг моих легких.
Я опустился на колени рядом с кроватью и изучал ее лицо.
Каждая черта, которая имела неоспоримое сходство. Идеальная копия девушки из моего прошлого. Такая красивая и незапятнанная, она казалась ненастоящей.
Было ли это возможно? Могут ли небеса быть настолько милостивы, чтобы вернуть то, что они украли у меня? Конечно, не после того, что я сделал. Месть, которую я предпринял. Жизни, искалеченные во имя нее.
Я поднес ее руку к своему лицу, вдыхая сладкий аромат ее кожи, который вернул меня в мою юность.
- Люстина , - прошептал я и поцеловал ее ладонь.
Боль пульсировала глубоко в моей груди. Сначала я не узнал стук моего собственного сердца, возвращающегося к жизни, снова бьющегося для чего-то.
ЛЮСТИНА!
Ее имя было услышанной молитвой на моих устах.
Первый вздох после того, как я был заживо похоронен в своей боли. Мои кулаки горели от желания поднять ее с кровати и утащить туда, где никто в мире никогда бы ее не нашел.
Моя Люстина. Наконец-то вернулся ко мне.
Не было силы ни в этом мире, ни в каком другом, которая снова забрала бы ее у меня.
5 1
ИЕРИХОН
Десять лет назад ...
Нью-Хейвен, Коннектикут
Прижимая книги к груди, девушка быстрыми шагами брела по тротуару, время от времени оглядываясь через плечо, как будто чувствовала, что я крадусь за ней. В свои пятнадцать лет она все еще была немного молода для меня, но она уже начала расцветать женственными изгибами и острым умом. Тем не менее, именно ее невинность больше всего напоминала мне девушку из моего прошлого.
ЛЮСТИНА.
Только ее новое имя, с которым она родилась, было Фаррин. Моя грудь пульсировала и болела из-за нее. То, что я мог украсть ее в любой момент, так, чтобы ее отец никогда не узнал, что с ней случилось, было искушением, которое преследовало меня каждый день с момента ее рождения.
Однако я бы подождал.
Я ждал тысячелетия, чтобы снова увидеть ее лицо, еще несколько лет не убьют меня.
Ее амброзийный аромат разносился в воздухе, увлажняя мой рот —сладкий аромат жизненной силы. Я страстно желал того дня, когда почувствую его вкус на ее губах и вдохну его.
Короткая юбка ее униформы колыхалась в такт ее шагам, привлекая внимание к ее длинным, стройным ногам. Раздражение , которое
подстрекала меня прикрыть ее, чтобы никто другой не смотрел на нее таким образом.
Однако кто-то обратил на это внимание.
Пожилой мужчина, мимо которого она прошла, сидевший на скамейке автобусной остановки. Я наблюдал, как его язык облизал губы, когда он оглядел ее сверху донизу и сжал свой пах. Глядя ей вслед, он подался вперед, как будто у него могло хватить наглости последовать за ней.
Больше всего на свете мне хотелось зашвырнуть эту гадость подальше в стратосферу. Вместо этого я мысленно пожелал острой и мучительной боли в его паху. Ощущение сродни тому, как будто я вкрутил его яйца ему в горло, одновременно защелкивая тысячу резинок на стволе его члена. Мужчина с визгом согнулся пополам и, прижав руку к промежности, соскользнул на колени, когда я проходил мимо него. Я ухмыльнулся, наблюдая, как его лицо приобретает нездоровый оттенок фиолетового. Как бы мне ни хотелось свернуть ему шею, пока я был там, я не мог все испортить. До этого момента я оставался незамеченным другими Стражами. Даже мысль об убийстве невинного, вероятно, привлекла мое внимание к их радару.
К тому времени, как я подъехал к дому Фаррин, она уже вошла внутрь.
Моих ушей достигли крики. Ее крики. Страшные крики.
Напрягши мышцы, я ворвался внутрь маленького бунгало и последовал за звуком на второй уровень.
Распахнув дверь ванной, я увидел ее отца, стоящего на коленях рядом с ванной и держащего ее под водой. В порыве ярости и адреналина я бросился к нему. Время вокруг меня резко остановилось.
Огастес держал руки вытянутыми вперед. Брызги воды держались подвешенными в воздухе. Руки Фаррин крепко держали руки ее отца.
-Какой абсолютный урод.
При звуке знакомого голоса я обернулся и обнаружил Вирджила, стоящего в коридоре. Это было только во время временной паузы, когда падший ангел мог отделиться от человеческого воинства.
Не все падшие ангелы были способны манипулировать временем и Космосом. Только более высокопоставленные, и только на короткое время, поскольку это отнимало у них много энергии.
-Отпусти его , - процедил я сквозь стиснутые зубы. Он явно манипулировал стариком, чтобы тот причинил вред его дочери, поскольку в противном случае Огастес и пальцем бы ее не тронул.
В тот момент, когда окружающая обстановка снова пришла в движение, Вирджил скользнул обратно в Огастеса, и вода заплескалась, пока Фаррин боролась со своим отцом, пиная и размахивая конечностями.
-Ты - отродье самого Люцифера! - закричал он безумным голосом.
Я бросился вперед за ним и сбросил его с нее, отчего его тело отлетело назад к стене коридора. От его удара осталась дыра, и, все еще находясь во власти Вирджила, он вскочил на ноги и бросился на меня.
Схватив его рукой за горло, я потащил его из ванной по коридору. То, как его тело барахталось и извивалось, было неестественно для мужчины его возраста, и хотя его сила была несопоставима, он приобрел часть могущества Вирджила. Когда он рванулся обратно к ванной, я снова отбросил его назад, на этот раз прижав к стене. Огненный янтарь уставился на меня в ответ из его обычно зеленых глаз.
Приставив лезвие к его горлу, я стиснул зубы.
-Хватит об этом! Отпусти ее!
Улыбка растянула губы старика.
-Ты бы не посмел убить невинного, не так ли, Иерихон?
Хотя эти слова были произнесены голосом Огастеса, именно угрожающие слова Вирджила задели мою совесть.
-Я вернусь. Оставь ее в покое .
-Ни единого шанса в аду .
Зажмурившись, Огастес откинул голову назад, его челюсть отвисла, и он ахнул. Когда он снова открыл глаза, они были зелеными.
-Черт!
Я отпустил его и бросилась обратно по коридору в ванную, только чтобы обнаружить, что Фаррин там не было. Со скоростью молнии я сбежал по лестнице и выбежал из дома на задний двор, где Вирджил протопал через двор, перекинув мокрое, обмякшее тело Фаррин через плечо. Я рванулся вперед и врезался в него, выбив ее из его рук.
Звуки кашля и придыхания потонули в ворчании Вирджила, когда я ударил его кулаком в лицо. Удар за ударом, я разбил в кровь его губу и нос, и отступил для следующего удара.
-Фаррин!
Звук голоса Огастеса ненадолго отвлек меня, и кулак Вирджила врезался мне в челюсть, откинув мою голову в сторону, когда от удара у меня застучали зубы.
Гнев возобновился, я занес кулак, но остановился на середине удара.
Тень скользнула по нам двоим.
Окрестности потемнели, превращая дневной свет в сумеречный оттенок сумерек.
Быстрый взгляд на Вирджила показал, что он озирается по сторонам, как будто в таком же замешательстве.
Стражи.
Они, несомненно, нашли меня.
Ужас опустился у меня под ложечкой, и я оттолкнул его и шагнул к Фаррин, которая лежала на спине в отключке, ее грудь все еще поднималась и опускалась от дыхания. Ее отец также лежал без сознания рядом с ней, это был искусственно вызванный обморок, поскольку Стражи не рисковали быть замеченными человеческими глазами. Срочность вынудила меня схватить ее и увести.
Сейчас.
Они приближались.
-Ты обещал вернуться. Прийти работать ко мне. Вместо этого я нахожу тебя тоскующим по человеческой девочке-подростку. Это жутко, даже для тебя, мой друг.
Услышав намек на угрозу в голосе Вирджила, я обернулся и увидел, что он целится стрелой в Фаррина.
Я отслеживал каждое его движение, готовый прыгнуть перед этой стрелой.
В его словах была доля правды. Сделка заключалась в том, что Падший тайно переправит меня в земное царство под покровом тьмы. Сущность, характерная для Падших, которая замаскировала бы мою природу. Трюк, на самом деле, и поскольку я оказался наполовину демоном, он был безвреден, в отличие от многих, кто рисковал поддаться его воздействию. До тех пор, пока я не использую свои силы, я буду выглядеть как любой другой низший демон. А взамен? Я должен был обеспечить души. Чистые человеческие души, которые помогут повысить рейтинг Вирджила.