-Хватит! Епископ был прав — ты говоришь раздвоенным языком! Твоей матери следовало избавиться от тебя, как от незаконнорожденного ребенка!
Злоба горела в глазах молодого барона, его зубы были оскалены, как у бешеной собаки. Руки сжались в кулаки, он дернулся вперед, словно собираясь атаковать, но резко остановился. Вместо этого он поднял драгоценный камень, прикрепленный к его рубашке, и поднял его, крутя им перед Драйстаном и Лустиной.
Драйстан ахнул и упал на колени.
-Простите меня, милорд. Простите мои богохульные слова .
В тот момент, когда были произнесены эти слова, из сжатой ладони барона, державшей драгоценный камень, посыпались пылинки.
Глаза Люстины расширились при этом зрелище. Она никогда не видела, чтобы кто-то раздавливал драгоценный камень голой ладонью таким образом.
-Тотилл с удовольствием исполнит твое наказание .
Голова склонилась, плечи Драйстана поникли, когда он поднялся на ноги.
-Милорд, ваша мать попросила меня привести вас. Возможно, вам не стоит заставлять ее ждать.
Темноволосый мальчик посмотрел на него с ухмылкой и зашагал туда, откуда пришел.
Как только он скрылся из виду, Люстина повернулась к Драйстану.
-Кто такой Тотилл?
-Он будет тем, кто исполнит мое наказание за раздавленную семейную реликвию .
-Но ты не раздавил его. Он это сделал .
-Да, я знаю.
-Ты его мальчик для битья.
Она бросила взгляд на теперь уже пустую тропинку, где всего несколько мгновений назад был молодой барон. Люстина слышала о мальчиках для битья, знала их роль, но, по ее мнению, они всегда предназначались для непослушных молодых дворян — по сути, детей. Не подростки, которые, судя по всему, считались полностью взрослыми.
-Он нуждается в нем в его возрасте?
-Его отец боится его и придает слишком большое значение той маленькой дружбе, которая у нас есть .
-Значит, его наказания применяются к тебе, потому что лорд Прецепсия боится его возмездия?
-Да. С моей стороны неправильно говорить это вслух, но если вы будете сопровождать епископа, я чувствую, что должен предупредить вас.
Драйстан подошел ближе и, бросив быстрый взгляд туда, где несколько мгновений назад стоял барон, понизил голос.
-Держись как можно дальше от молодого барона. Он способен на то, на что не способен ни один хороший и богобоязненный человек его возраста .
-Значит, ты тоже его боишься?
-Каждый должен это делать. Глубоко внутри него таится зло. То, которое, я боюсь, могло бы быть довольно опасным, если бы не усилия епископа Венейбла .
Зло. Она слышала это слово так много раз, что Люстина не могла полностью выразить то, что, как она знала, было истинным злом.
И она находила все, что касалось епископа, еще более сомнительным.
-В чем именно заключаются усилия епископа Венейбла?
-Трудно сказать. Я никогда лично не был свидетелем этих ритуалов. Я только знаю, что после этого барон кажется гораздо более подавленным. Так было всегда, с тех пор, как он был молод .
-Тогда я обязательно буду держаться от него на расстоянии .
-Хорошо. Я принесу ведро с водой, чтобы ты могла вернуться .
-Тебя накажут, когда ты вернешься?
-Да. -Драйстан вздохнул, плюхнулся на край берега и снял ботинок. -Семейная реликвия, которую он уничтожил, принадлежала двоюродному дедушке лорда Прецепсии .
9
ЛЮСТИНА
Захватив ведро с водой, как просил епископ, Люстина и Драйстан вернулись в поместье, где молодой барон стоял рядом с человеком, похожим на зверя. Тотилл, предположила она. От свернутого кнута, который висел у него на поясе, у нее по спине пробежал холодок, а когда Драйстан поставил ведро с водой им навстречу, у нее сжался желудок.
-Подождите! - крикнула она им вслед.
Молодой барон обернулся, его глаза горели странным гневом.
-Он не раздавил семейную реликвию. Это был молодой лорд Ван Круа. Я видела это .
- Люстина, пожалуйста. Возвращайся к епископу,- настаивал Драйстан.
-Нет. Это неправильно. Ты не должен быть наказан за это! -Она указала на молодого лорда. -Ты тот, кто его сломал! Это ты должен страдать от порки!
-Я бы на твоем месте был осторожен, девочка , - в голосе барона прозвучало зловещее предупреждение.
-Нет! Я не буду сидеть сложа руки! Ты сам виноват .
-Что здесь происходит?
При звуке голоса епископа Венейбла по телу Люстины прокатилась волна нервного напряжения, которое она проглотила, прочищая горло.
-Ваше превосходительство, я наблюдала, как барон уничтожил семейную реликвию. Он сделал это намеренно!
Брови епископа Венейбла опустились, изобразив выражение чистого раздражения.