-А теперь беги. И тебе спокойной ночи .
Как будто она представляла большую угрозу, он помчался за угол собора туда, куда убежали собаки, даже не оглянувшись.
-Деревня планировала сжечь его? -Я уставилась ему вслед, пытаясь представить себе подобное. Воображаемый запах горящей плоти заставил меня сморщить нос.
-О, да. Он презренное существо. Не то чтобы это имело большое значение, но его зовут Джеспер. Будет лучше, если ты будешь держаться от него подальше, пока ты здесь. Есть убийцы, а есть люди, подобные ему .
-Тогда зачем щадить его?
-У мастера есть свои причины, которые, я признаю, временами ускользают от меня .
Как только мужчина скрылся из виду, она повернулась ко мне лицом, улыбка уже растягивала ее губы. -Теперь, надо чтобы вы устроились .
Через величественную резную арочную деревянную дверь Аня провела меня внутрь собора. Неожиданный занавес знакомости окутал меня, когда я вошла в элегантное фойе с мраморным полом и мерцающими фонарями, развешанными по стенам. Теплое, успокаивающее чувство, которое противоречило холодному и нежеланному входу в собор.
Скульптура канделябра в натуральную величину, изображающая женщину, одетую как богиня, придавала комнате мягкое свечение, которое делало это место больше похожим на жилое помещение, чем на церковь. В воздухе витал аромат старого дерева и старости, и мне показалось, что я вернулась назад во времени, в другую эпоху. Ностальгия пощекотала мне затылок, и я подтянула позаимствованное одеяло повыше, восхищаясь интерьером.
С высокого сводчатого потолка свисала изысканная люстра, также украшенная мерцающими канделябрами и сотнями маленьких кристаллов, отражавших их свет. Небесные сцены украшали гобелены и картины, развешанные по хмурым стенам из темного дерева. Ангелы и демоны сражаются друг с другом в кровавой жиже. Между ними были вкраплены портреты, которые, казалось, принадлежали к другой эпохе. Мужчины в доспехах и женщины в пышных платьях, чьи уложенные волосы падали губчатыми локонами вокруг их лиц. Там были лестничные пролеты, которые вели направо и налево, и балконы, выходящие на унылое фойе дома, который больше не принимал гостей.
-Кто они были? У Ван Круа?
Я не могла оторвать глаз от блуждания по деталям этого места, когда задавала этот вопрос.
Я бы поверила, что они члены королевской семьи, учитывая роскошь, которая меня окружала, и все же под красотой всего этого пульсировали мрачные и угасающие угли династии. Одиночество падшего рода.
-Некоторые говорят, что они происходили из благородной крови столетия назад. О них было известно не так уж много. Сейчас здесь только мастер Иерихон, который, кажется, исключительно любит побыть в одиночестве.
-Значит, миссис Ван Круа не существует?
-Если это когда-либо и было, я не в курсе. Я всегда знала, что он держится особняком.
Я подождала, пока Аня выгрузит свою сумку в фойе и снимет шарф.
-Итак, пес — ты назвала его Цербером. Как в сторожевом псе подземного мира?
-Вы знакомы с ним?
-Почитала о нем. Да .
-Ну, Цербер, конечно, не трехглавый пес, но ему нравится лаять так, как будто у него три рта .
-Значит, это тот случай, когда его лай хуже, чем укус?
-О боже, нет. Его укус сломает тебе кости. Вдвое сильнее льва.
-О .
Тогда как кто-то вообще мог покинуть это место без этого свистка? Сработала осторожная сторона моего мозга, та, которая всегда подвергала сомнению человеческие мотивы, и я не могла не задаться вопросом, служили ли собаки именно этой цели.
Сдерживать.
Схватив один из подсвечников, она повела меня вверх по лестнице, и, оказавшись ближе, я изучала портреты на стене, когда мы проходили мимо них.
-Один из них - хозяин дома?
-Его родословная. Мастер Ван Круа никогда не был очарован портретами. Многие из них погибли в огне. Были спасены только те, что хранились в хранилищах.
Она указала на одну из них, висящую вдоль лестницы, — красивую женщину с золотистыми волосами и сияющей кожей, стоящую рядом с красивым мужчиной, облаченным в военные доспехи. Это было похоже на то, что я, возможно, видела в книгах по истории, будучи ребенком.
-Родственники мастера Ван Круа. К счастью, эти портреты были спрятаны в подвале во время пожара. В противном случае, боюсь, вообще не было бы никаких улик против Ван Круа.
-Вау. Его семейная линия уходит корнями в далекое прошлое, да?
-Столетия .
Мы продолжали подниматься по лестнице, ведущей в длинный темный коридор. Мы остановились у толстой деревянной двери с тяжелой черной железной фурнитурой.