В утреннем свете, каким бы унылым и заброшенным он ни был, меня встретил аромат стареющего дерева и проникающая внутрь чистота ткани, которую выстирали вручную и повесили сушиться на веревку. Это напомнило мне о тете Нелл, на чьей старой-престарой кухне всегда пахло лимонами, потому что она настаивала, чтобы они великолепно справлялись с загрязненными водой раковинами.
Я поднялась с плюшевого матраса, который оставил у меня ощущение, будто я спала на облаках. Если бы не тревожащие звуки всю ночь, я бы, наверное, спала крепко, как младенец. К сожалению, я чувствовала себя примерно такой же отдохнувшей, как недосыпающая мать, что не предвещало ничего хорошего в месте, где мне нужно было бы держать себя в руках.
Зевая и потягиваясь, я мысленно возвращаюсь к прошлой ночи и Ван Круа. Все в этом человеке заинтриговало меня, вызвав у меня ряд вопросов, начиная с его сомнительной репутации и заканчивая повязкой на глазу. Тот факт, что я так быстро нашла собор и Ван Круа, все еще поражал меня. Как странно, но я списала это на то, что Ксифиас имел к этому какое-то отношение. Я просто знала, что мне нужно узнать больше о мужчине, которого я видела возле своей комнаты прошлой ночью. Откуда мой отец мог знать его и почему он искал его. Возможно, он мог бы помочь мне найти моего отца, предполагая, что папа после своей смерти оказался в Паслене. Однако, учитывая то, что я узнала о том, как здесь охотились на людей, мои надежды не оставались высокими.
Тем не менее, я была настроена решительно.
Тихий стук в дверь прервал мои мысли, и, собравшись с силами, я потянулась за простынями, чтобы прикрыться, как раз в тот момент, когда дверь со щелчком открылась.
Вошла Аня, неся поднос с серебряным чайником.
-Доброе утро. -Она говорила тихо и, поставив поднос на ближайший столик, поспешила снова закрыть дверь. -Подумала, что ты, возможно, снова проголодалась.
Снова взяв поднос в руки, она пересекла комнату и поставила его на широкую кровать рядом со мной, и когда она села рядом, я медленно отодвинулась назад от дискомфорта.
Улыбаясь и не говоря ни слова, она налила то, что, как я догадалась, было чаем, в две чашки, которые стояли рядом с тостами с джемом. Изящество и осторожность, с которыми она обращалась с чашками, казались почти карикатурными и преувеличенными.
-Насчет прошлой ночи, Аня. Я не хотела...
-Чепуха. Как ты вообще можешь спать, когда вокруг столько шума?
-Шум?
-О, да. Трубы в этом месте иногда могут издавать такой шум! Кроме того, не пугайтесь, если свечи время от времени будут мерцать. Здесь может быть такой сквозняк. Холод просто пробирает до костей .
Обхватив себя руками, она притворилась, что дрожит. Трубы. Меня определенно разбудили не трубы.
-Я дам тебе одеться, и мы отвезем тебя туда, куда ты хотела бы, чтобы тебя высадили.
Я ничего не знала об этом месте и никогда не предполагала его необъятности. Найти моего отца, если бы он вообще был здесь, скорее всего, было бы невозможно. Мои вопросы относительно Ван Круа в сочетании с тем фактом, что я, возможно, наткнулась на цветы, необходимые для возвращения в мой мир, заставили меня колебаться, уходить ли. Я не была готова вернуться к своей старой жизни с маленькими ответами и большими любопытствами, которые росли с каждым днем. То, что мне нужно было знать, было похоронено в этом странном месте. В самом Ван Круа.
-Аня … Я не хочу навязываться, но ... Как ты думаешь, я могла бы остаться еще на несколько дней? Ненадолго, я обещаю.
-О, я не знаю. Хозяин очень разборчив в гостях.
-Да, ты это говорила. Но что, если я помогу с чем-нибудь? Я могу убраться или помочь готовить? Я не была лучшим поваром, но пара блюд, которые мне подали, были не самыми вкусными. Я могла бы, по крайней мере, справиться с тостом и чаем.
-Мы вполне довольны с точки зрения укомплектования персоналом .
-Должно же быть что-то, что я могу сделать. Помогать в конюшнях?
Стирка? Посуда?
Задумчиво уставившись на мгновение, она постучала пальцем с длинным ногтем по краю подноса, все еще стоявшего на кровати между нами.
-Как у тебя дела с цветами?
-Цветы?
-Садам не помешала бы некоторая помощь. Все в этом месте засохло до смерти. Я боюсь, что надвигающаяся зима только приведет к тому, что следующей весной ничего не вырастет. Возможно, несколько луковиц могли бы украсить обстановку .