“Блин, меня от одного их вида дрожь пробирает. И ведь это только маленькие отряды! Страшно представить, каково противостоять целой армии таких! – размышляла Эрика, не забывая посылать в противника одну стрелу за другой и стараясь целиться потщательнее. – Хотя если не вдаваться в сюжетные дебри – данж довольно приятный и предсказуемый, и если бы мы с Сайери и Зиангиром были повыше уровнем, то, пожалуй, дело бы шло еще бодрее. Надо будет обязательно позвать сюда Роджера с Верой, как мы до тридцатого докачаемся! Если, конечно, я успею до конца отпуска…”
Одиннадцатая волна, двенадцатая, тринадцатая – и вот наконец последний противник, напоминающий ретро-футуристического вурдалака с длинными когтями, зашатавшись, рухнул наземь.
– Агась, отлично! – констатировал Ордум, сгребая себе очередную порцию рунического бархата и усаживаясь восстанавливать здоровье. – Теперь осталось выяснить, какого босса нам выдаст вторым!
– А что, они разные бывают? – озадачилась Сайери.
– В этом данже да. Первый – дракон – фиксированный, а на последней волне рандомно нападает один из трех. И мне из них нужен именно лич-сигнифер.
– А если выпадет кто-то другой – ты ливнешь? – ехидно уточнил Зиангир.
– Нет, не ливну, у меня есть совесть. Иногда. Но вот огорчусь так точно.
– Сразу в центр босса отведешь как наагришь, – велел ему Кошенятко, прохаживаясь вокруг. – Чтобы по нему сразу восемь лучников било, а не четыре.
– Ага, чтобы, если лич выпадет, мы сразу без двух башен остались? – парировал танк. – Он под них тоже лужу может кинуть, ага.
– Ты считаешь?
– Я знаю. Я сюда еще на тридцатом бегал. Если его по фасту не залить (а мы, скорее всего, не успеем) – лужа под одну пачку, под вторую и привет, а новый отряд нам никто не даст. Я уж лучше потом переведу его под вторую башню, если что. Кстати, ну-ка, кто там идет?
Поднявшись на ноги, парень вгляделся вдаль, приставив ладонь козырьком к глазам. И почти сразу обрадованно вскинул обтянутый металлической перчаткой кулак.
– О-о-о-о, да-а! Лич прет, родимай! Щас мы его!..
– А какая тут тактика? – негромко напомнила целительница.
– Не помню, – вздохнул Кошак. – Дум?
– Да не сложная, в сущности. Я его агрю, вы бьете. Большую часть боя он либо бьет меня когтями, либо кидает ледяные стрелы по башне. Иногда призывает пару скелетов на помощь – их достаточно АОЕ-шками бить. И иногда кидает “лужу” – такую зону темной магии на земле, вы ее не перепутаете. Вот в ней стоять нельзя – там урон постоянный и немаленький, но достаточно выйти за пределы круга… А теперь гоу, гоу, могучие рейнджеры и нерейнджеры!
И, взмахнув своей Лоренцией, танк принял боевую стойку.
Эри тоже привычно вынула из колчана стрелу, с неудовольствием подмечая, что их осталось не так уж и много. Но тут босс наконец подошел достаточно близко, чтобы его можно было нормально разглядеть – и она мигом позабыла про стрелы.
Личей она на своем недолгом веку повидала не так уж и мало (а некоторых из них еще и нарисовала сама), но такого ей видеть еще не приходилось. Больше всего он напоминал огромную тощую трехметровую обезьяну с рыжей шерстью, нижние конечности которой кто-то заменил на узловатые деревянные (ради разнообразия) протезы, оканчивающиеся подобием птичьих лап. Поработал неведомый вивисектор и над верхними лапами: вместо левой красовался усеянный патрубками и кнопками протез из темного металла, оканчивающийся громоздкой клешней, а из кисти правой – своей, родной, – торчали два заостренных металлических же штыря-когтя. И в этой самой лапе лич и сжимал сигнум – длиннющее, выше него самого, копье, на древке которого были закреплены несколько массивных треугольных пластин, ограниченных металлическим косым крестом снизу и явно нечеловеческим черепом сверху, еще выше которого свисали коричневая и багровая ленты.