А еще теперь Умбрэлардцев вел их барон. Донельзя возмущенный вторжением, Лейтан шел теперь плечом к плечу с сохранившими ему верность игроками, яростно рубя всех попавшихся на пути врагов. Так что Эрике только и оставалось, что следовать за разошедшимися товарищами, держась в арьергарде и периодически постреливая в теснимых айтелийцев.
Позади держалась теперь и Вера: к восторгу Эри ее подруга тоже предпочла "пасть", а это значило, что теперь сверкающая новообретенными алыми глазами фея останется с ними навсегда! Ну или, во всяком случае, до следующего подобного эвента.
Несколько минут решительного натиска – и вот вторженцев уже выдавили сперва обратно за пределы дома, а после и вовсе за ворота усадьбы (тем более, что те в горячке боя сунулись в дом, и теперь штурмовая группа оказалась зажата между свитой барона и теми, кто возвращался с респауна).
На улицах Фларии во всю продолжались бои – и Эри все чаще и чаще улыбалась, замечая среди окутанных дымкой Тьмы знакомых игроков (ведь благословения получили не только те, кто находился в комнате приемов). Вот Гор и Брут в компании игроков из других гильдий отбивают у противника кузницу. А вот Роджер изо всех сил уворачивается от наседающего врага – и вдруг атакует противника потоком ледяного пламени! Но стоило Эрике только привычно и зябко поежиться – как ее уже обвили знакомые руки: Сайери наконец-то снова отыскала ее и – да! – глаза ее теперь тоже мерцали расплавленным золотом, а за плечами трепетали ленты крыльев.
– Ты тоже Темная! – счастливо прошептала нага. – Я так боялась, что не угадала…
– Ну да, мне только к Айтелии и присоединяться было, – хмыкнула Эри, тоже обнимая подругу. – Но я тоже рада, что мы не разошлись.
Однако несмотря на пыл защитников столицы, их противники сдаваться так просто не собирались, так что докатившись обратно до ворот, битва вновь превратилась в костоломную мясорубку, к которой низкоуровневым игрокам было лучше не приближаться (Эрика с Зиангиром и Верой прочувствовали это на себе, в который раз отправленные на респаун).
Но все же умбрэлардцы теснили врага из города! Неистово рубясь, выгрызая с боем каждые полметра - но теснили!
Вот бой кипит уже в воротах! Вот уже на мосту!..
Эри уже торжествовала, как вдруг подметила страшное: барон Лейтан хоть и не рубился уже в первых рядах, но и за спинами своих подданных не прятался, а его громадный запас здоровья подходил к концу!
– Барон! – воскликнула она, пытаясь привлечь внимание. – У нас лидера почти убили! Люди! Хилы! Спасайте ситуацию! Мы же!..
– Успокойся, Эри, – вдруг призвал кто-то, кладя руку ей на плечо. Обернувшись, девушка увидела Юйэ. – Мы видим.
– Так сделайте что-нибудь, черт дери! Он же сейчас погибнет!
– Мы не можем. Хилки не действуют. Ни у Жрецов, ни у Костоправов, ни у Менестрелей, ни у Алхимов. Его только бинтами можно чуток подлатать, а это как мертвому припарка…
– Как?! Но!.. Вы!.. - Эрика едва не задохнулась от негодования.
– Эри, смотри! – вдруг крикнула Вера.
Рейнджер повернулась, глядя в указанную сторону – и чуть не взвыла от досады и бессилия, беспомощно наблюдая, как вылетевший невесть откуда отряд айтелийской конницы подлетает к бушующей битве, обрушивая в гущу сражения дротики… и как медленно, величественно падает барон Лейтан под их ударами.
Игроки обеих сторон как по команде отпрянули, двумя кучами останавливаясь в нескольких шагах и потрясенно глядя на распростершееся на мосту тело.
– Ну етит твою мать!.. – с сожалением выругался кто.
Однако почти немедленно дальнейшие подобные замечания потонули в дружном вопле игроков Айтелии и тех, кто переметнулся на их сторону.
– И так будет со всяким, дерзнувшим бросить вызов королю из рода Лэндрейдер! – пафосно изрек Мердовик, выступая из рядов Айтелийцев. – А эти земли…
Ярчайшая гремучая алая вспышка – и вот на месте королевского консула уже горка пепла.
– А вот так, как я понимаю, будет с каждым дерзнувшим претендовать на столицу Умбрэларда, – хмыкнул Теофил, выступая вперед и опираясь на свой арбалет. – Желающие повторить и проверить благосклонность Темной Королевы будут?
Айтелийцы, переглянувшись, дружно попятились.
– Я тоже так думаю, – хмыкнул рейнджер.
– Вы не получите мою голову, – тихо произнес вдруг барон, приоткрывая глаза. – И вы не получите мою столицу. Убирайтесь к чертовой матери…
Теофил медленно опустился возле тела барона, склоняя голову. И почти немедленно рядом преклонился и Кошак.