В машине гудит печка, магнитола извергает разбитной шансон местного разлива. Приора весело бежит по залитой солнцем белоснежной искристой дороге мимо неизменных жёлтых зданий с синими крышами и бежевых зданий с крышами красного цвета. Со вкусом у тамбовчан всё в порядке. Я делаю ещё глоток, и терпкий запах струится по кабине. Мужик беспокойно дрожит ноздрёй и косит глазом со смесью неодобрения и зависти.
- А жене я позвоню, сообщу, - громко и решительно возвещает он в пустоту, достаёт телефон и подносит к уху. Через несколько секунд из полиэтиленового пакета рядом с ним раздаётся приятный мелодичный звон.
- Ах, ты ж так твою мать! - в сердцах бросает мужик, и, съёжившись за рулём, притапливает педаль газа. - Телефон забыла! Ну, что ты будешь делать
- Нехорошо, - неопределённо заявляю я и вновь прикладываюсь к бутылке. Мужик косится недовольно и тоскливо.
* * *
Билет на огромный импортный автобус, отправляющийся в Москву ровно через два часа, куплен и положен в карман. Как раз успеваю подкрепиться и купить что-нибудь почитать перед дорогой.
- А где-тут у вас книжный магазин ближайший? - спрашиваю проходящую симпатичную девушку, пряча бутылку за спину. Она мило улыбается и объясняет дорогу. Дверь книжного магазина соседствует с дверью пиццерии. В книжном с полки "Бестселлер" я беру Мураками, в пиццерии два куска "пепперони" и чай с лимоном.
Суббота в пиццерии - детский день. Она заполнена галдящими детьми их красивыми, но слегка оплывшими молодыми мамами и скучающими папами с похмелья. Папы кидают заинтересованные взгляды на стройных официанток в обтягивающих чёрных трико, а мамы искоса поглядывают в мой угол. Я здесь, как вошь на белом листке бумаги. Черные всколоченные волосы, модный бушлатик, щетина и круги под глазами придают мне вид несколько демонический. Я демонстративно плещу виски в пластиковый стаканчик и, злобно ухмыльнувшись, подмигиваю им. Молодые мамы тревожно отворачиваются, и язвительно пошипывают на осклабившихся в сторону официанток мужей.
К автобусу я подхожу за пять минут до отправления, но ажиотажа вокруг не видно. Длинный просторный салон практически пуст, лишь на первых местах примостилось несколько командировочных с ноутбуками, они заняты редактированием презентаций и прокручиванием каких-то экселевских таблиц. Мир вокруг них не существует, а на лице застыло выражение превосходства над всеми сразу.
В центре просторного чрева междугороднего лайнера копошится компания из четырёх работяг. Они оживлённо крякают, позвякивают стаканами и шуршат свертками с домашней закуской. После долгого периода безработного просиживания штанов под пиление жён в родных деревнях они, наконец, направляются на заработки в Москву. Естественно, это не обходится без традиционных и долгожданных возлияний. Лица мужичков озарены светлым ожиданием и благоговейным томлением.
Я прохожу и занимаю место в самом конце автобуса, раскладываю на соседнем сиденье новенькие, вкусно пахнущие краской книжки и пакет с алкоголем. Снимаю пальто и кидаю его на соседний ряд сидений.
Автобус вздрагивает и плавно выруливает на дорогу. Открываю Мураками и читаю, не забывая про виски.
Работяги тоже не теряют времени и стремительно уничтожают первую бутылку водки. Им не терпится привести себя в состояние полной безмятежности, чтобы полностью ощутить радость свободы от супружеских уз и домашних забот. Я их отлично понимаю.
- Да Коляныч по плитке вообще спец, я те говорю! Мы с ним дерзко, ваще, работали! - долетают до меня их оживлённые возгласы.
- Вася! Вася!, - ты чо там, бухой уже? А-аахахаха! - орёт в трубку грузный селянин с багровой физиономией. - Слышь, он уже бухой там! - сообщает, повернувшись к остальной компании.
- Вася, братуха, мы короче выехали, ты нас встречать будешь? Короче седня мы уже в Москве будем. Ну, да, с Семёнычем, куда мы без старого пердуна! - "старый пердун" пихает говорящего в бок кулаком.
- Хорош трындеть-на, остывает водка-на, - протягивает он говоруну пластиковый стакан "с горкой".
Я тоже выпиваю и углубляюсь в чтение. Автобус несёт нас по белоснежной равнине, через пейзажи один красивей другого. Для менеджеров на переднем сиденье включается видеодвойка под потолком автобуса. Показывают какой-то прошлогодний голливудский блокбастер. Через некоторое время автобус тормозит на заправке.
- Стоянка пять минут, - сипло гудит водитель. Я выхожу и покупаю себе ещё колы, "работяги" осаждают туалет.