— Эй! — послышался голос сзади.
Я обернулся, удивлённый тем, кому вдруг мог здесь понадобиться.
— Оу, — не ожидая такой встречи, сказал я. — Снова вы, офицер, — я расслабился и повернулся в его сторону, пока тот подходил ко мне с конца переулка. — Давно не виделись.
— Бродишь, значит? — спросил он.
Я молча кивнул.
— Всё Паспортиста найти пытаешься? Не сидится же тебе дома…
— Не могу отречься от призвания быть народным стра… — я запнулся, когда мои глаза случайно опустились на его руки — он был в перчатках.
Я почувствовал, как выражение моего лица сменилось с беззаботного на напряжённое и исступлённое. Мы смотрели друг в другу глаза, не произнося ни слова и не двигаясь.
— Что? — с коварной улыбкой спросил он.
Я резко потянулся за пистолетом, спрятанным в ремне за спиной. Паспортист ударил меня по лицу, выбив из равновесия. В следующий миг я заметил, как заблестел он лунного света его нож. Вынув пистолет, я выстрелил в его сторону. Он успех отскочить в сторону, хоть и закряхтел. Должно быть, я в него попал.
Когда я направил пистолет в его сторону для очередного выстрела, мою ладонь пронзила острая боль. Очередной выстрел эхом прогремел на половину улицы, а пуля с характерным звуком вогналась в кирпичную стену дома. Пальцы перестали слушаться, из-за чего травмат упал на землю. Вытащив нож из моей ладони, Паспортист остановился на месте, глядя на меня довольным взглядом.
— Чтоб тебя, сука! — в злости сказал я, прикрывая рану на своей руке.
На секунду, я пожалел, что мой характер не позволяет мне отступить. Просто убежать или закричать на всю улицу и привлечь внимание одиночных людей или даже полицейских. Нормальных, в отличии от этого…
Я сжал кулаки и пошёл на него. Замахнувшись, я кинулся, чтобы нанести удар, но Паспортист увернулся. В ту же секунду я почувствовал, как лезвие ножа скользнуло по моему боку. Я тихо вскрикнул от боли. Не успев развернуться, моя спина уже ощутила на себе клинок в районе правого плеча. На этот раз я вскрикнул громче. Паспортист, воткнувший нож мне в плечо, толкнул меня и прижал лицом к стене. Я пытался вырваться, но острая и невыносимая боль не давала нормально шевелиться.
Тем временем, он ловко залез во внутренний карман моего пиджака, словно знал, что нужно искать именно там. Спустя секунду, он вытащил мой паспорт и стремительно засунул к себе в карман.
— Будь ты проклят, — прошипел я, оттолкнул его и развернулся с ним лицом к лицу.
Паспортист кровожадно смотрел на меня, как хищник на свою жертву. Я вытащил его нож из своего плеча, корчась от боли. Пока мы стояли друг на против друга ещё несколько секунд, через мой мозг штурмом пролетело миллион мыслей. Я понимал, насколько низки мои шансы выйти из этого переулка живым, но отступать уже поздно. Да и вряд ли бы я отступил… Бок и плечо дико болели, из ран водопадом сочилась кровь. А этот, сука, словно огурчик.
Ладно… Это мой последний шанс. Или я умудряюсь его зарезать, или он зарежет меня… Чёрт, как же не хочется помереть здесь, в грязном переулке, от рук этого психопата.
В сознании всплыл образ Кейт. Нарядной и радостной, какой она сегодня была. Улыбающейся, с букетом цветов в руках. Я вздохнул и кинулся на Паспортиста.
Глава 14 (часть 1)
Я стоял чуть дальше остальных и смотрел на могилу через плечи коллег. Периодически дул прохладный ветер, заставляя слегка дрожать. У надгробия стояла Лилли. У неё было грустное выражение лица: или наигранное, или она действительно жалела об утрате офицера, пусть он и доставлял ей проблем в последнее время. Все были одеты в чёрное и держали в руках букеты цветов, которые по окончанию прощания собирались возложить возле надгробия. Все неосведомлённые, как Лилли, опустили взгляд и смотрели или на могилу, или себе в ноги. Я посмотрел на Мию — по её щеке катилась одиночная слеза, которую она кое-как смогла из себя выдавить. Адам глянул на меня. Глаза сказали за него: «Когда ж уже закончим? Надоело здесь стоять».
Рядом с ним стояла Эшли, которая ничего ещё не знала. Она не плакала, но выглядела довольно подавленной. Атмосфера стояла действительно весьма угнетающая и воздействовала даже на нас с Адамом и Мией.
— Прощай, офицер, — договорила Лилли свою речь, которую я полностью прослушал, и возложила цветы на могилу Дрейка.
Остальные, дождавшись этого, начали по очереди подходить и делать то же самое. Когда очередь дошла до меня, я спокойно подошёл к могиле и положил возле надгробия букет гвоздик, обвитых чёрной лентой. Для вида, постарался сделать грустное выражение лица, чтобы не выделяться из остальных и не портить картину.
Под землёй лежал пустой гроб. От бедолаги Дрейка после взрыва не осталось ни молекулы, чтобы положить туда. Единственное, что Мия придумала положить в гроб — это настольная табличка с рабочего места: «Дрейк Миллер».
Вместо расследования, Лилли закрыла это дело. Несмотря на кучу возникающих вопросов, как Дрейк оказался в том доме, и что там взорвалось, она решила не морочиться — взрыв газа, да и только. С какой целью Дрейк туда ходил, по её словам, мог рассказать лишь он. Нам бы оставалось лишь горевать, постепенно забывать об утрате товарища и жить дальше. Надо же…
Когда некоторые начали расходиться, я посмотрел на Мию, которая стояла возле могилы. Она молча глянула мне в глаза после чего еле заметно кивнула.
— Детектив, — подошла к ней Лилли. — Я знаю, что вы с офицером Миллером были близки. Мы поймём, если тебе понадобится время. Можешь взять себе пару выходных, если потребуется.
Лилли, закрывшая его дело из коррупционных побуждений, говорила весьма искренне и выглядела сочувствующей. Но Мия ничего ей не ответила, продолжала стоять у надгробия, пустила ещё одну слезу. Я перестал наблюдать за этой игрой, развернулся и пошёл в сторону выхода из кладбища, где меня ждал Адам. Пустынное поле, покрытое зелёной травой, было большим. Вокруг лишь надгробия, без единого деревца или куста.
Пройдя вперёд по тропе, я обратил внимание на могилу, в земле которой посажены свежие цветы. Возле надгробия стояла одинокая женщина. Краем глаза у меня получилось разобрать надпись на плите: «Анна Вуд». Я остановился на несколько секунд, не в силах пройти мимо.
— Примите мои соболезнования, — подошёл я. — Уверен, она была хорошим человеком.
Я узнал эту женщину по фотографиям, которые прикрепляли в отчётах. Сьюзан Вуд — её мать. Её лицо было мокрое от слёз, которые несколько секунд назад стекали по щекам. Глаза заплаканные и уставшие. Эта женщина выглядела разбитой и подавленной.
— Спасибо, — еле слышно ответила она, посмотрев на меня. — На её долю выпал сложный период за пару дней до… — Сьюзан запнулась. — Мне стоило быть рядом.
— Мы обязательно найдём его и придадим суду, — поддержал я. — Этот маньяк получит по заслугам.
Она посмотрела в сторону могилы Дрейка, где ещё стояло несколько наших людей, после глянула в сторону выхода.
— Потеряли коллегу?
— Да, — после паузы ответил я. — Он… несчастный случай.
Сьюзан опустила взгляд на могилу своей дочери, из её глаз снова пошли слёзы.
— Спасибо за вашу работу, офицер. Берегите себя.
Я глянул в сторону ворот, откуда на меня смотрел Адам.
— Всё будет хорошо, — добавил я и медленно направился к выходу.
Спустя пару минут я вышел с кладбища и сел на мотоцикл. Достав из кармана ключи, вставил их в зажигание и повернул. Мотор байка загудел. Я надел шлем и дождался, пока ко мне подойдёт Адам с Эшли.
— Уже едешь? — спросил он.
— Да, — сказал я. — Наверное, он там уже скучает.
— Куда ты, Клиф? — поинтересовалась Эшли.
Я уселся поудобнее, положил руки на руль и прижался к мотоциклу.
— К Дрейку.
***
Хотелось подъехать поближе к углу, но ещё издалека увидев, что там припарковано много машин, я понял, что даже мой небольшой мотоцикл не найдёт для себя местечка, поэтому был вынужден остановиться метров за сто от светофора. Заглушив мотор, я кинул ключи в карман, взял шлем в руку и направился к перекрёстку. Ещё отсюда уже можно видеть то самое казино, кучу элитных машин на парковке и презентабельных охранников, которые шлялись вокруг. Да уж, дороговатое местечко.