— Минимального из возможных. Судя по рассказу Але… — Кира закусила губу почти испуганно, кинула на Влада быстрый взгляд и отвела глаза. — В общем, он был спонсором какого-то проекта, возможно, связанного с евгеникой. Правда, зачем был нужен Дима — не знаю.
— О том, что вы — Джокеры никто не знает. Значит не по этой причине. Евгеника… селекционеры хреновы… — если попытаться увязать искусственные «карты» и этого барона, можно предположить, что ныне покойный бюргер пытался «прокачаться» до козыря. До высокого номинала. Искусственная Дама уже получилась. Другой вопрос, может ли настоящая, природная «карта» с помощью химии стать сильнее. — Если бы кто знал о вас с Димой, я бы рискнул предположить, что кому-то понадобился именно Джокер.
— Откуда такие выводы о Джокере?
— Джокер — это возможность овладеть разными воздействиями. Двух мастей, — терпеливо принялся объяснять Влад. — Ты — Червонная Королева. Никто не будет ожидать от тебя «бубновых» воздействий. Никому и в страшном сне не приснится, что ты вдруг шарахнешь иллюзией. А ты можешь. Просто если «карты» приобретали для изучения их свойств и попытки вывести такие же дальше, то Джокер кого-то очень сильно порадовал бы.
— Суперкарта из фильмов, по сути, и есть Джокер. Двойной Джокер. Еще неделю тому назад я бы назвала это чушью, но сейчас я поверю во все, что угодно.
Ястребов помолчал, словно сомневаясь, а потто поднял на нее почти спокойный взгляд.
— Источником информации о бароне не поделишься?
— Ты уверен, что хочешь это знать? — последний вопрос заставил Киру напрячься. Сказать правду или полуправду? Или вообще не «услышать»? Как отреагирует Влад — неизвестно. Хотя… Все-таки в неэмоциональности есть свои плюсы.
— Да, я хочу знать, Кира. Просто, насколько это возможно, я тебе доверяю. Жизнь своего брата. И собственные честь и достоинство. Может это и дурацкая отговорка, но я хотел бы знать, из какой кучи мне придется выбираться в следующий раз.
Кира покусала губы, решаясь, а потом тихо выдохнула:
— Клейменов.
Вилку Влад отложил очень аккуратно. Будто боялся сломать к чертовой матери. Так же аккуратно поднялся из-за стола и прошел к окну. Лбом прислонился к холодному стеклу и прикрыл глаза. Клейменов. Самый молодой начальник Особого следственного департамента. «Берия», как между собой его называли особисты. Ему всего тридцать пять. И десять лет назад он был простым следаком. Лет шесть лет назад его повысили. Три года назад он стал начальником Департамента. Шесть лет назад был инициирован Дима. Шесть лет назад…
— Он и есть твоя ниточка в Департаменте… — пальцы вцепились в подоконник. Костяшки побелели от напряжения. Хотелось надеяться, что здесь небьющиеся стекла. Хочется верить… она на крючке у Клейменова. Он не спрашивал. Утверждал. Чувствуя, как подкатывает к горлу дурнота.
Кира нахмурилась. Такой реакции от Влада она не ожидала. Но остановиться сейчас — сделать все только хуже. А Влад говорил о доверии… И пусть доверяться бывшей «ищейке» — самоубийство, но эта самая бывшая «ищейка» — ее Туз.
— Да, — ее ответ был лаконичным. — Но там все гораздо проще и сложнее, чем тебе кажется.
— И давно? — глухо полюбопытствовал Влад. — Проще и сложнее?
— Я не считала, — Кира встала, шагнула к нему, протянула руку, но дотронуться до казавшегося каменным плеча так и не решилась. — Мне нужно было вытащить Димку. А потом… Мы нашли компромисс. Взаимовыгодное сотрудничество.
Влад медленно обернулся. Его голос был ровным. Как и идеальная осанка. Как абсолютно ровное выражение лица. Холодное. Отстраненное. Даже глаза тускло светились льдинками-искорками.
— Я тоже взаимовыгодное сотрудничество? — мягкое касание руки. Кончики пальцев погладили точеную скулу. — Можешь не отвечать. И не провожать. Выход найду сам…
Он шагнул мимо, скользнул тенью. Да он и был тенью. Без надежды когда-нибудь стать настоящим. А впрочем… такие как он надеяться не умеют.
Кира потерянным взглядом обвела кухню, сжала пальцами попавшуюся под руку вилку… Она даже не услышала стук захлопнувшейся двери. Только вздрогнула. Глаза запекло, но она зло смахнула скапливающуюся в уголках глаз влагу.
Пусто… Холодно. Она даже «масти» в себе не чувствует… Почему она такая наивная? Почему все еще верит в то, что… К черту. К черту!!
Кира выдохнула, кусая губы почти до крови и, дотянувшись до телефона, набрала номер Ильи. Долго ждала ответа, а потом произнесла почти умоляюще:
— Ты в студии? Я приеду к тебе. Просто посижу в уголке тихо, и не буду мешать.