— Есть.
А ведь когда-то ее отчаянно добивался Севка. Только вот она почему-то предпочла ему нелюдимого хмурого близнеца. Бесчувственную ищейку.
— Тогда, может, тебе пожить у нее? — Кира отвела взгляд, а потом и вовсе встала. Вытянула сигарету из пачки, подошла к окну, открывая форточку. Вздрогнула от свежего ветерка и прикурила. Неужели это ревность? То, что царапнуло по сердцу? Бред какой… Влад — «ищейка», он не способен на чувства. Или… способен? Ведь было же что-то тогда, на площади. И все равно бред.
— Я не хочу ее, — тихо ответил Влад. — Как любому мужчине мне нужен секс, но потребности в нем я не ощущаю. С ней. Мне не хотелось бы обращаться к кому-либо из тех, с кем я знаком. Ну, хотя бы потому, что впутывать в эту историю было бы лишним. Что касается нее… Хоть я и безразличен, но терпеть ее опеку, слушать ее монологи и страдания мне не очень нравится. Так достаточно откровенно?
— Вполне, — сигарета легла в пепельницу почти нетронутая. — В наличии логики тебе не откажешь, — Кира захлопнула форточку и повернулась к нему. — Но тогда почему ты все еще с ней? У тебя нет потребности в сексе с ней, но он тебе нужен?
— Что-то вроде того, — он скрестил руки на груди, опираясь бедрами о столешницу. — Цинично говоря, отношения с девушкой у меня сугубо потребительские. Я не могу испытывать эмоций, но чисто физиологические потребности тела удовлетворять приходится. Можно сказать, секс со мной — не самое фееричное действо на свете.
— Первый раз встречаю парня, который сам в этом признается, — Кира тихо рассмеялась, а потом подошла вплотную. Заглянула в глаза, шепнула тихо: — Стой спокойно. Я всего лишь кое-что проверю, — провела кончиком пальца по его скуле, а потом подалась вперед и прижалась к губам.
— Кира… — в голосе плеснуло настоящее удивление. Теплые чувственные губы, нежные и требовательные. От нее пахнет просто чудесно. Кофе и дорогим табаком. С едва уловимой ноткой свежести. Отстраняться не хотелось категорически. — Я, между прочим… действительно о тебе полночи вспоминал.
Пустота в ответ… Она ошиблась. Или это было кратковременное помешательство. Что ж… бывает.
— У тебя еще было время на это? — улыбка была ее. Настоящая. Но уже другая. — Мне пора собираться. Диван в твоем распоряжении. Белье и одеяло найдешь в шкафу.
Тонкую талию можно обхватить пальцами. Но хочется не так. Хочется прижать к себе, согреться мягким теплом, исходящим от нее.
— У меня много на что время было. Оказывается, хорошо думается по ночам, когда из окна машины видны твои окна… Я не самая эмоциональная личность в этом мире, — Влад щекой потерся о ее щеку. — Но я не железный, а ты не из тех девушек, которые на второй день знакомства прыгают в койку, — он прерывисто выдохнул, хмурясь. Жжется в груди. Пока еще не сильно, почти робко, как вот то, второе соприкосновение губ. Но его хочется не только продлить, но и углубить, сделать жарче, может, разбавить едва заметной злостью, совсем как вчера.
В серых глазах Киры плеснуло удивление. Пустота Влада, которую она так сильно чувствовала всего пару секунд назад, стала вдруг другой. Непонятной. Почти пугающей. Клубок спутанных эмоций.
Внутри задрожали ярко-красные нити «масти», словно чувствуя новую жертву, требуя своего. Почему?! Почему ОН?! Потому что он отзывается? Потому что не так пуст, как кажется?
Кира впервые в жизни не знала, что сказать, что сделать. Да, она не из тех, «кто прыгает в койку на второй день знакомства». А он — не может испытывать эмоций. Вот только почему тело само льнет к нему? Тает в его руках.
— Это «масть»… — ее шепот был почти отчаянным. — Это все моя чертова «масть»…
— Тебе… на работу пора… — Влад прижимал ее к себе, мял тонкий шелк халатика и никак не мог заставить себя отстраниться, отпустить ее. — А мне спать. И желательно, не видеть тебя во сне.
— Постараюсь тебе не сниться, — ее улыбка была лукавой. — Запасные ключи в ящике в тумбочке в прихожей. Когда будешь уходить — не забудь закрыть дверь.
Влад кивнул.
— Обещаю не хулиганить. — Он все-таки разжал объятия и отпустил ее. Скользнул мимо, и на миг замер, обернувшись у порога. — Когда ты вернешься?
— К вечеру, — Кира улыбнулась легко, светло. — Ключи не забудь. Вдруг ты приедешь раньше.
Он с улыбкой покачал головой и скрылся в коридоре. Некоторое время из гостиной доносился шелест и тихая возня, а потом все стихло. И в квартире снова воцарилась сонная тишина.
…Измученное тело напрочь отказывалось отдыхать. После трех часов сна в машине, крепкого кофе, сваренного Кирой и странного волнения, его буквально разрывало от странной бури непонятных ощущений в груди. Кажется, достаточно только чтобы она ушла, чтобы его мысли унеслись вслед за нею.