-Вам стоит больше беспокоиться о себе. Равновесия, благодаря которому вы сохраняли независимость, больше нет, - сказала она.
-Насколько я понимаю, вас беспокоит судьба ваших лабораторий? - спросил Фрист, затягивая последний узел. - Я сейчас в несколько стесненных обстоятельствах, так что могу предложить только вишневый сок... Ну или медицинский спирт.
Вера тихо и мелодично рассмеялась и грациозно опустилась в кресло.
-Не стоит, я ненадолго. По правде говоря, судьба лабораторий меня волнует далеко не в первую очередь. По большому счету, я пришла просто посмотреть на вас.
-Вот как? И чему же я обязан за такое внимание? - осведомился Фрист.
-Видите ли, я не могу разобраться в человеке, зная его только с чужих слов и рекомендаций. А я собираюсь вам предложить вам нечто особенное, и мне важно знать, достойны ли вы такого предложения.
Фрист развел руками:
-Как говорится, мои рекомендации вы видели, они валяются здесь повсюду. Так что у вас за предложение?
-Выход из кризиса, в котором находится весь этот сектор и вы заодно, - Вера улыбнулась. Надежный способ вернуть мир, и, простите за политический лозунг, навести порядок и остановить творящееся на улицах насилие.
-Какой же это способ?
-Забрать все себе, разумеется, - улыбка Веры стала шире. - Теперь, посмотрев на вас, я уверена, что вы с этим справитесь. Особенно если я обеспечу вам некоторую поддержку.
Фрист вопросительно изогнул бровь.
-А вам какой смысл в этом участвовать?
Какой смысл может быть в новых ресурсах? Нынешние лаборатории давно не справляются со спросом. Это к примеру... честно говоря, я сейчас даже не могу охватить взглядом все перспективы, какие дает власть над целым сектором, особенно если общественности абсолютно все равно, что в нем творится. Но, как вы прекрасно понимаете, деньги - это еще не вся власть. Возможно, моей корпорации удалось бы просто скупить все. Но, пока у меня нет поддержки у тех, кто правит сектором дэ факто, а не дэ юрэ, все будет моим только на бумаге.
Фрист кивнул.
-Идея заманчива. Пожалуй, мне стоит подумать над вашим предложением.
-Как надумаете, сообщите, - Вера поднялась и кресла. - По правде говоря, времени для раздумий у вас почти нет. Вариантов, впрочем, тоже. Либо бежать, но вы не из таких. Либо принять мою помощь. Взамен же я прошу совсем немного - не чинить мне препятствий, когда все это станет вашим.
Она повернулась к выходу.
-Вы правы, - задумчиво проговорил Фрист. - Я не из тех, кто бежит... Позвольте вас проводить.
-Не стоит обо мне беспокоиться, снаружи меня ждет телохранитель.
Когда Вера покинула комнату, Фрист поднялся на второй этаж и подошел к окну, из которого открывался вид на сад, ворота и улицу за ними. Вера, осторожно переступая через тела и обходя уже застывшие лужи крови, пересекла двор, вышла за ворота и растворилась в темноте. Никакого телохранителя, Фрист так и не увидел. Впрочем, он заметил какое-то шевеление на крыше дома напротив, но что именно это было, Фрист не разглядел.
Торвард Хаута долго смотрел в остекленевшие глаза боевика Томмот, за тем вдруг усмехнулся чему-то и полез в карман плаща за портсигаром. Глава семьи бы еще не стар, хотя борода и виски уже изрядно поседели. Зато все его волосы были на месте, в отличие от этого толстяка из Томмот.
Трупы лежали по всей улице, бойцы Томмот и Хаута вперемешку. Всю картину освещал огонь горящей машины. Лорик ухитрился подстрелить водителя сквозь окно, и это, вкупе с появлением Эстреллы решило исход схватки.
Сам Лорик уже успел сменить арбалет на коммуникатор и что-то орал в него, то ли ругая, то и командуя. В дальнем конце улицы светлым пятном виднелась Эстрелла в своем белом плаще. Она склонилась над одним из трупов.
Торвард затянулся и выдохнул в струю дыма. Впервые за время, прошедшее с момента гибели его сына, он смог успокоиться и начать нормально думать и действовать. Эта бойня утолила его жажду крови. По крайней мере, на какое-то время.
Подошел Лорик.
-Скоро прибудут бойцы из других секторов, - сообщил он. Торвард смутно помнил, что Лорик что-то говорил о том, что стоит увеличить силы за счет наемников. - Все развивается слишком быстро...
-Не быстро, - возразил Торвард. - Просто мы все успели отвыкнуть от настоящей драки.
-Еще вернулся один из тех, кого мы посылали к Крысолову... - Лорик помялся, неуверенный, стоит ли поднимать опасную тему. - Он убил их всех. Остался только один водитель, который в драке не участвовал. Послать еще людей?
-Нет, - ответил Хаута. Он помедлил, потом выпустил струю дыма и произнес, - Бери всех, что сейчас есть, и двигай к Акечи.
-К Акечи? - недоуменно повторил Лорик. В этот момент до них донесся мелодичный смех Эстреллы, и Лорик вздрогнул.
-Разумеется, к Акечи, - равнодушно повторил Торвард. - Старая шлюха наверняка думает, что заберет себе все, когда мы с Томмот укокошим друг друга.
-Но тогда Акечи и Томмот объединятся против нас.
-Поэтому ты возьмешь сейчас всех и очень сильно постараешься раскатать Акечи в пыль. Прямо сейчас, пока все ждут, что мы отправимся в гости к Томмот или Фристу. Бери всех, вообще всех. Оставь мне только Сильво и Тора. Я еще пришлю тебе наемников, если заварушка затянется.
-Я понял, - сказал Лорик и нерешительно добавил. - Я возьму Эстреллу?
-Нет, - Торвард усмехнулся. - Она остается при мне на случай, если меня решит навестить Крысолов.
Лорик облегченно вздохнул.
-Тогда я отправляюсь.
-Давай. Удачи, - сказал Торвард и повернулся навстречу приближающейся Эстрелле. Торвард Хаута криво и невесело усмехнулся. Крысолов забрал у него сына. Но у него еще есть дочь.
Эстрелла шла, держа в руках любимую боевую косу. На нижнем конце древка крепилась цепь, оканчивающаяся стальным шаром с шестью "перьями". Сейчас шар со звоном волочился по асфальту. Нижняя половина лица Эстреллы была испачкана в крови. Эстрелла улыбалась.
-Вижу, тебе нравится, доча, - сказал Торвард.
Глава вторая Метания
Воид окинул взглядом свою комнату. Будет ли ему не хватать ее? Он не знал. Шкаф, стул, кровать, стол, заваленный листами с результатами упражнений в каллиграфии, распечатками изречений патриархов дзен, Ницше и "Дао дэ цзин" и лэптоп.
Воид протянул руку и снял со шкафа одну из двух почти одинаковых статуэток. Смахнул с нее пыль. Это был вставший на дыбы единорог, и о его витой рог вполне можно было порезаться до крови. Статуэтку выковали из стали, и ценилась она куда дороже, чем многие, сделанные из золота или мрамора. У Воида в свое время дабыл таких две штуки. Он мог бы взять и третью. Поэтому и не стал брать, что со второго раза окончательно понял, что если захочет - обязательно возьмет...
Еще на шкафу лежала скромный на вид, но превосходный по прочности, гибкости, балансу и остроте клинок - шиноби дзуэ. С ним-то Воид и добывал стальных единорогов. Пожалуй, надо подарить его кому-нибудь. Не стоит такому клинку без дела пылиться.
Воид вышел, закрыл за собой дверь. У него оставалось еще немного времени, прежде чем жизнь в очередной раз изменится.
Он поднялся на лифте на самый верх, в сад. Он разжег огонь и поставил греться котелок с водой для чая. У его еще есть немного времени.
Время. Величайшая из иллюзий. Секунда - это интервал между тем, как мастер иайдзюцу положит руку на рукоять меча, и тем, как он стряхнет с него свежую кровь. Секунда - время между тем, как капля росы соскочит с листа яблони, и как она упадет на землю. Секунда - это очень долго. В каждой секунде прячется вечность. Иногда Воиду почти удавалось уловить эту вечность и заглянуть в ее глаза. А иногда ему казалось, что на самом деле все еще там - лежит, умирая, на крыше торгового центра, а вся его последующая жизнь - лишь видение, уместившееся в секунду между жизнью и смертью...